Волшебная палитра любви

Она и ростом была повыше, чем Мередит, и не отличалась таким изяществом сложения – была поплотнее, с грудью впечатляющего размера, несколько резковата и размашиста как в движениях, так и в поведении. Но мужчин это ничуть не отталкивало. Возможно, тому способствовали еще и белоснежная кожа Элинор, лукавые, чуть раскосые зеленоватые глаза и медного оттенка озорные кудри. Получалось интригующее для кавалеров сочетание. Они слетались на ее уверенность и взгляд, а те, кого сразу не отпугнул характер Мередит и кто проявлял настойчивость, иногда удостаивались ее благосклонного внимания.

Но, сколько Мередит помнила подругу, та никогда не сосредотачивалась на ком-то из своих мужчин дольше нескольких недель. Принимала подарки, приглашения на ужины, на прогулки в заливе, наслаждалась вниманием… и давала отставку, после чего вновь переключалась на деловые встречи и переговоры. До появления следующего партнера.

– Как ты можешь их так часто менять? – интересовалась Мередит время от времени, по-доброму посмеиваясь.

– А что мне? – беззаботно отвечала Элинор. – Кому от этого хуже? Мне приятно, им, надеюсь, тоже. Надоело – все, свободен…

– Неужели ты не привязываешься?

– Скажешь тоже. Именно чтобы до привязанности дело не доходило, я и посылаю их недельки через три, четыре… Иначе распустятся, мало того что обленятся, так еще и права начнут качать, предъявлять какие-то особые, надуманные претензии.

– Какие же претензии могут быть в отношениях двух свободных и самостоятельных людей?

– Вот то-то и оно, что поводок они пытаются потихонечку подбирать… пытаться сделать покороче, воображая, что он есть, поводок этот, – смеялась Элинор.

 – Руки коротки, на поводке меня держать. А претензий, знаешь ли, достаточно появляется. Кто еще дарил тебе такое белье да почему это ты вдруг не можешь идти в оперу? Спасибо, было дело, я эти претензии начала было принимать близко к сердцу, да вовремя опомнилась.

– А как же семья?

– А что – семья? Я с этим не спешу. Встретится кандидат подходящий, достойный во всех отношениях – вот тогда можно будет свои взгляды на свободу и пересмотреть.

Когда-нибудь, конечно, и семья и дети… Но, думаю, нескоро, ой нескоро. Пока что меня устраивает все как есть.

И вот мнение-то самостоятельной и независимой подруги, добившейся успехов в карьере и менявшей мужчин как перчатки, для Мередит было важным. Неужели Элинор считает, что она ни на что не годится?

– Да нет, конечно, – утешила подругу Элинор. – Не бездарь, нет.