Утром всё будет иначе

– О чем это ты?

– Да ты вообще очень чутка к тому, с кем можно себя вести определенным образом, а с кем лучше не рисковать.

– Да? Забавно.

– Поэтому ты все же подумай над моим предложением о связях с общественностью. Реклама, продвижение. Это не так скучно, как тебе кажется, Паола.

– Хорошо-хорошо, подумаю! Досыпай. Извини, что разбудила.

– Ничего. Я был рад тебя слышать.

– В самом деле?

– Чистая правда.

– Ты удивительный человек, Дилан!

– Нет, это ты удивительная, – тихо сказал Дилан, когда трубка уже загудела гудками отбоя.

Пытаться снова уснуть бесполезно.

Дилан рывком сбросил с себя одеяло, соскочил с постели и натянул боксерские трусы.

Не умываясь, он прошел в смежную со спальней комнату. Там у него был оборудован небольшой, но функциональный спортзал: боксерская груша, мешок для набивки, шведская стенка. Стояла беговая дорожка и тренажер для нагрузки на ноги.

Дилан включил беговую дорожку и зашагал по ней. Сначала несколько минут быстрой ходьбы для разминки, потом бег.

Огромное, доходившее до пола, окно открывало Дилану вид на залив. Мало что доставляло ему большее удовольствие, чем распахнуть окно и, наслаждаясь свежим воздухом с побережья, немного поработать над своим телом.

Однако сейчас окно открывать не хотелось. Дождь, нечастый гость Калифорнии, барабанил за оконными стеклами. Он удручал Дилана.

Конечно, он прекрасно понимал всю пользу дождя для иссушенной зноем земли. Но разговор с Паолой выбил его из колеи.

Вот ведь несносная девчонка.

Вчера Дилан сделал то, чего сам от себя не ожидал.

Он набрал номер Дигори, который совершенно случайно нашелся в записной книжке мобильного телефона.

И спокойным, но весьма убедительным тоном порекомендовал ему не приближаться к Паоле более чем на сто метров. Разумеется, в случае если Дигори вдруг озарит светлая мысль, что он добровольно отказался от лучшей женщины в своей жизни.

– Э-э… – только и выдавил Дигори. Очевидно, он был удивлен напором. – Да я, собственно, и не собирался даже… Я никогда…

– Вот и замечательно, – ответил Дилан и повесил трубку. После чего уснул спокойным здоровым сном человека, проделавшего тяжелую, но важную и благодарную работу.