Луиза: Новое начало. Книга вторая

Он также спрашивал о твоей матери, и насколько я понял, она не знала, что ты вообще выжила при родах.

– Это бред. Как он мог сказать женщине, которую когда-то любил, или по крайней мере испытывал теплые чувства, что ее ребенок умер?

– Луиза, ты не знаешь его. Твой отец способен на многое, и сострадание не входит в этот список.

– Тогда почему ты позволил ему выдвинуть свою кандидатуру на пост президента? Ты знаешь о нем столько ужасных вещей, но даже не попытался его остановить. Что, если он выиграет выборы?

Дрю проглотил остаток своего напитка и поставил пустой стакан на стол, сказав:

– Потому что… так же, как и все другие люди, которых он заставил заткнуться, я боюсь за свою жизнь.

Слова Дрю напомнили мне то, о чем, как мне казалось, я уже позабыла. Я с подозрением взглянула на него.

– Почему ты упомянул кучу мусора? Тебе что-то известно о той девушке, Изабель, которая раньше работала здесь? Знаешь, та, что была убита и позднее найдена в куче мусора?

Я увидела, как руки Дрю задрожали.

– Нет, я ничего о ней не знаю. Я говорил образно. Я не имел в виду ничего конкретного.

Но я прекрасно все поняла. Дрю был из тех людей, чья каждая мысль и эмоция были написаны на лице. Если он злился, то живьем бы зажарил вашу задницу без предупреждения, а если он нервничал, то не был способен это скрыть. Вот почему Дрю ненавидел покер, он понятия не имел, как сохранить нейтральное выражение лица.

Глава 4

После своего более чем подозрительного разговора с Дрю я решила пойти и поговорить с Тесс, также известной как Валери. Она сменила имя, когда начала работать в «Ле Папиллон». Она была одержима идеей отыскать убийцу Изабель, поэтому я решила, что она сможет прояснить некоторые вещи.

– Войдите! – ответила она, после того как я постучала в дверь.

Я открыла дверь в ее комнату и вошла.

– Привет, у тебя есть минутка?

Она стояла перед огромным напольным зеркалом, примеряя разные наряды для вечернего выступления.

– Чего ты хочешь? – спросила она, бросив кожаные шорты в кучу одежды, лежавшей на кровати. Как всегда, в комнате царил бардак, и ее владелица выглядела так, будто была совсем не рада видеть меня. Наш последний разговор закончился не слишком хорошо, поэтому я не могла осуждать ее за это.