Шаг навстречу тебе

Хейли ничего не видела перед собой. Пелена слез застилала ей глаза, и девочка, захлопнув дверь комнаты, медленно опустилась на пол, спиной упершись в дверь. Она больше не слышала, что происходит в коридоре. В памяти почему-то отпечаталось лицо Криса: непонимающий взгляд и привычно хмурые брови.

Он, наверное, даже не понял, что произошло.

Но Хейли все поняла, хотя предпочла бы вдруг ослепнуть и лишиться слуха, чтобы ничего не видеть и не слышать.

Прижав к груди ноги и уткнувшись лбом в свои острые коленки, она невольно стала прислушиваться к звукам в коридоре: голос Уилла и его тяжелые шаги словно эхом доносились оттуда.

Вот только Крис по ту сторону двери все еще стоял в темном коридоре. Его глаза по-прежнему выражали растерянность и непонимание, а слышать тихие рыдания Хейли становилось для него почти мучительно.

Но этого она тоже не знала.

Уилл ушел куда-то. Кажется, закрыл изнутри дверь в квартиру, а потом вошел в пустую кухню.

Крис огляделся, словно искал что-то, постоял немного, но скоро взял себя в руки, непонимание в его глазах сменилось все тем же спокойствием, и он неторопливо подошел к комнате Хейли. Он замер на месте в нерешительности, а потом развернулся и, так же упершись спиной в дверь, сел на пол. Рыдания Хейли все усиливались и превращались в настоящую истерику.

Крис прислонился затылком к деревянной двери. Он на секунду прикрыл глаза и попытался представить Хейли, которая сейчас осталась наедине с пустотой и болью.

Раздраженно цокнув, Крис стиснул зубы и сильнее уперся затылком в дверь.

– Хейли, – позвал он, но рыдания заглушали его голос. – Хейли.

Вдруг стало тихо.

Она перестала плакать и попыталась понять, не послышалось ли ей, что ее звали.

Когда она услышала свое имя снова, то прислушалась, всматриваясь куда-то перед собой.

– Не плачь, – Крис не знал, слышит ли его Хейли, но продолжил сидеть у двери и ждать.

Он сам толком не понимал, чего ждет. Но ясно осознавал, что нельзя оставлять Хейли одну.

Он чувствовал, что должен помочь ей разделить боль. На двоих. Как было раньше всегда, хотя и давно позабылось.

Уилл оставался на кухне: что-то громко стукнуло, будто было брошено со злобой и остервенением. Затем он вышел в коридор, проводя рукой по уставшему лицу и убирая с него пряди волос.