Охота на Князя Тьмы

– Почему посторонние? – обратился к старику брюнет, своим зычным, командирским голосом. – Ежели вытаскиваете меня из постели, Петр Кузьмич, то должно организовать охрану места происшествия и следить, дабы барышни мимопроходящие рты не разевали…

Это он что, обо мне? Похоже, образ взволнованной невинности чересчур уж удался.

– Дык, Гордей Назарыч, – выпучил на него глаза старик. – Она ж…

Но договорить не успел. Вышеназванный пристав – а я была уверена, что это он и есть – шагнул ко мне, разметая юфтевыми сапогами снег.

– Пристав Мещанского участка Ермаков Гордей Назарович. С кем имею честь?

– Софья Алексеевна, – медленно произнесла я, гадая то ли мне ему замерзшую ручку для поцелуя подать, то ли реверанс грациозный изобразить. В конечном итоге отказалась и от первого, и от второго. Благо было на что списать.

Фамилию тоже решила придержать. На всякий. Не сомневаясь, что этот «всякий случай» клюнет меня в зад в самый неподходящий момент.

Пристав прищурился, но допытываться не стал. Только медленно покачал головой.

– Шли бы вы барышня домой. Время то уж позднее. Не след вам на такое глядеть.

Посчитав свою воспитательную миссию выполненной, мужчина направился к трупу, который тот долговязый, в пенсне, уже исследовал на наличие порезов и ссадин. И сел рядом на корточки.

С одной стороны, идеальный шанс, чтобы улизнуть незамеченной. Пристав дал добро. Никто из присутствующих фамилии моей не знает.

А с другой…

Я подняла взгляд на ель, где на ветке сидел ворон. Рядом с ним, в воздухе завис призрак, чей взгляд был направлен прямо на меня и отражал вселенскую тоску.

Сердце зашлось галопом от жалости. В горле встал сухой ком. Все признаки проснувшейся совести.

Нет, так нельзя. Раз уж впуталась в это дело, я обязана довести его до конца. Разве не этому учил меня покойный дед?

Осторожно шагнув вперед, я прислушалась.

– Заметили что, Поль Маратович? – поинтересовался Гордей.

– Ножевая рана, аккурат под сердцем, – с сильным французским – я теперь слышала это отчетливее – акцентом, заключил медицинский эксперт.

Услышавший его Петр Кузьмич шумно вздохнул и перекрестился.

– Все в руце Божьей!

Рыжий Яшка удивленно захлопал глазами, подался вперед и прошептал:

– Князь…

Что он имел в виду, я так и не поняла. Договорить парню не дали.