Няня для главы сыскной полиции

 – Ах да, у нее есть дочь, Полечка. По поводу ее отца мне ничего неизвестно, но ребенка мы здесь видели часто. Во время выступлений она просила Алевтину Павловну, нашего костюмера, посидеть с девочкой. А если та не могла или отсутствовала – запирала малышку в общей гримерной. Я несколько раз просила ее этого не делать, и ответ был всегда один – «моего скромного гонорара не хватает на нянек». При этом платья носила не из дешевых. А украшения – какие даже я себе позволить не могу.

Мирон задумался.

Выходит, Татьяна продолжала менять покровителей, и те обеспечивали ее достойным содержанием.

Почему же в письме она посетовала на «полные одиночества дни»? Боялась, что количество побывавших в ее постели мужчин как-то повлияет на его решение оставить при себе дочь?

Странная женская логика.

– Крайне признателен вам за помощь, госпожа Гельцер, – склонил голову мужчина. – У меня к вам последний вопрос. Вы случайно не знаете, где проживает Татьяна?

– Вам повезло. Случайно знаю, – жеманно захихикала женщина.

 – Она оставила адрес, чтобы мы отправили ей нарочного с рекомендательным письмом. Я все записи храню в секретере. Ожидайте здесь.

Варвара Марковна, оставив Мирона у дверей своего кабинета, исчезла внутри. Но очень скоро вернулась, неся в руке клочок бумаги.

– Итальянская семь, квартира двадцать.

Еще раз поблагодарив директрису театра за помощь, мужчина вышел на улицу и поймал извозчика.

Роскошный внешний облик построенного в эклектическом стиле четырёхъярусного доходного дома, контрастировал с бедностью внутренней отделки.

Запах гнили. Обшарпанные стены. Освещённые керосинками темные коридоры…

Мирон поморщился.

И в этом клоповнике Татьяна растила его дочь?

Квартира под номером двадцать нашлась быстро, но на стук, как и ожидалось, никто не ответил. Недолго думая, глава сыска сунулся к соседям напротив, и тут ему улыбнулась удача. Дверь открыл пышноусый господин, одетый в клетчатый пиджак.

– Глава сыскной полиции Меньшиков Мирон Александрович. С кем имею честь?

– Паляцкий Алексей Николаич, – на провинциальный манер растягивая гласные, произнес мужчина.

 – Собственник этого дома.

– Какая приятная неожиданность, – произнес про себя Мирон, но господин Паляцкий, услышал его слова и нахмурился.

– А в чем, собственно, дело?

– Плесницкая Татьяна Матвеевна здесь проживает? – Меньшиков кивнул на квартиру напротив.

– Ах, Танечка, – печально покачал головой мужчина. – Вчера похоронили. Замечательная была барышня.