Голод

Я тоже попытался разглядеть, что там привлекло ее внимание, но лед и иней были надежнее любой тонировки.

– М-м-может, разъедемся? – неуверенно предложила она, и рука, что продолжала сжимать монтировку, затряслась.

– Прости детка, но у меня для тебя плохие новости, – все же подал я голос, и сделал шаг вперед. – Я пока осмотрю салон, а ты подготовь документы.

– С какой стати я должна демонстрировать вам свои документы? – возмутилась она. – Кто вы такой?

Решив предъявить ей значок, я пошарил в заднем кармане джинсов, но ничего не нашел.

Вот дерьмо, похоже он остался в парке.

– Брось монтировку, – отдал короткий приказ, мысленно просчитывая свои дальнейшие действия на случай, если она взбрыкнет. – Зачем ты ее вообще достала?

– Если не заметили, то сейчас ночь. На много миль вокруг ни одной живой души. А вдруг вы – маньяк?

– И что? Хотела помочь мне сменить колесо? – хмыкнул я. – Брось монтировку на землю, я больше повторять не…

Договорить я не успел. В спину девчонке резко ударил разыгравшийся не на шутку ветер.

А когда она дернулась, едва не упав, сорвал с ее головы лохматую шапку. И нет бы помочь. Поддержать. Я застыл как истукан, не в силах отвести от нее взгляд.

Две длинные толстые косы, не скрывали заостренные кончики небольших ушей. Волосы белые, как снег под ногами. Тонкая шея. Бледная кожа c порозовевшими на морозе щеками. Точеные скулы. Большие, для ее лица, шоколадные глаза. Чуть приподнятый маленький нос. И пухлые алые губы, сложившиеся сейчас в букву «О».

Подростком, как я изначально решил, эта похожая на ожившую анимацию эльфийка не была. Лет двадцать на вид. Плюс-минус год.

Язык не поворачивался назвать ее красивой в классическом понимании этого слова. Она совсем не походила на идеальных представительниц своего вида. Но выразительные, на грани с экзотичностью черты лица приковывали взгляд, и оторвать его, как бы я мысленно не сопротивлялся, не выходило.

Я так завис, что не заметил, как монтировка полетела на снег, а девчонка, лишившись одного «оружия», вытащила откуда-то из-под одеяла второе.

И только когда заряд из электрошокового пистолета больно ударил мне в грудь, заставив упасть на колени, понял, как облажался.

Но было уже поздно.

Визг шин перекрыл ревущий ветер. А яркий свет фар отъезжающей Импалы ударил по глазам, словно продемонстрированный на прощание средний палец.

Охрененный способ прочистить мозги, всем рекомендую.

Глаза заволокла багровая пелена.