Наедине с врагом

Если у кого-то и были сомнения в его репутации любителя решать любые разногласия кулаками, то теперь они должны были отпасть напрочь. Ведь никто не захочет копать глубже. Легче списать не знающую выхода агрессию на чертовы гены его гребанного папаши, как сделала это нанятая матерью психолог, навечно повесив на него ярлык бракованного ублюдка.

Матвей знал, как избавить себя от боли. Для этого нужно было сконцентрироваться и потянуться к энергии света, как в детстве его учили няньки из ковена матери, но, где взять силы на то, чтобы просто сфокусировать взгляд?

А между тем, лежащий на тумбочке у кровати телефон, продолжал разрываться.

Рядом зашевелилась накрытая одеялом горка, привлекшая к себе внимание Белорадова. Нахмурившись, он отбросил ткань в сторону и с удивлением уставился на сплетённый клубок из двух обнаженных женских тел.

Он не помнил, как они оказались в его квартире, но волновало не это. Как можно спать в такой неудобной позе? Он их что, в цирке подобрал? Похоже, вымотались они ночью изрядно, если даже раздражающий шум не в силах разбудить.

Схватив телефон, Матвей уставился на определившийся номер и, поморщившись, сбросил звонок, не желая с утра пораньше портить и без того хреновое настроение.

Пусть с трудом, но он поднялся с кровати и ступая по разбросанной на полу одежде, направился в душ, где, приводя в себя в порядок, задержался немного дольше обычного. Оттуда он вышел уже одетым в спортивные штаны и направился на кухню, за чашечкой живительного напитка.

На самом почетном месте, посреди столешницы, стояла навороченная кофемашина, стоившая, как половина его «Вранглера». Кофе в ней получался божественным, а потому драгоценная вещица считалась для Белорадова чуть ли не членом семьи.

Снова взяв телефон в руку, Матвей увидел два пропущенных звонка от одного из своих приятелей, и тут же набрал его.

– Звонил? – голос охрип так, будто он всю ночь из караоке не вылезал.

– Бел, ты на часы смотрел? – раздался в трубке недовольный бас Пашки Резнова, – мы договорились встретиться в шесть и вместе поехать в аэропорт, а ты трубку не берешь. Я сейчас Тоху по дороге заберу. За тобой заехать?

Наступила минутная пауза, за которую у Белорадова прочистились мозги, и вернулась память. Фрагментами, но и этого хватило, чтобы составить картину вчерашней ночи.