Легенда темного королевства

– А давай, я к тебе сегодня зайду? – один его глаз задергался, как от нервного тика, и потребовалось какое-то время, чтобы понять – это он мне подмигивать пытается. – Винца принесу, посидим… Антонину Матвеевну помянем.

– Нет, – быстро вскрикнула я и отпрянула от него в сторону. Затем, уже спокойнее, добавила. – У меня вечером… важные дела.

Пятидесятилетний сосед, до сих пор проживающий с мамой, оказался не из понятливых. Впрочем, я и не надеялась.

– Тогда, может, завтра? Ик!

– И завтра у меня дела, Петр Иванович, – устало выдохнула я, проводив усталым взглядом прошедшую мимо нас даму с собачкой.

Мои слова разозлили его не на шутку. Улыбка превратилась в оскал. Толстые щеки задрожали. На лбу выступила испарина.

– Никакого тебе времени! Не заплатишь завтра вечером, можешь выметаться на все четыре стороны! Я тебе не благотворительный фонд. За все в этой жизни, Мурашкина, надо платить, – закончив говорить, он развернулся и побежал к стоящему неподалеку ларьку, рядом с которым его дожидались такие же забулдыги-друзья.

День, начавшийся с похорон, ничем хорошим закончиться не мог. Тем более для подающей надежды молодого бухгалтера, вечной неудачницы, без родных, друзей, и гроша за душой – Снежины Мурашкиной. То есть, меня.

С самого детства я привыкла к тому, что жизнь бьет меня намного больнее, нежели сверстников. В возрасте пяти лет, потеряла родителей, жизни которых унес разгоревшийся у нас дома пожар.

После случившегося меня забрала к себе бабуля – мамина мама – которая и сама живя на скудную пенсию, большей частью, уходящей на лекарства, перебивалась с хлеба на воду. Но эта женщина никогда не унывала, и мне не позволяла разводить сопли.

Когда мои одноклассницы бегали на свидания, я сидела за учебниками, зная, что, если не поступлю на грант, высшего образования, с нашими-то доходами, мне – как своих ушей – не видать.

Это только в сказках бедные золушки на балах встречают богатых принцев и живут с ними долго и счастливо. В реальной жизни, чтобы попасть на бал, надо вкалывать до седьмого пота. Этому тоже меня бабуля учила.

Она вообще женщина боевая… была.

Шумно всхлипнув, я вошла в темный подъезд. С поникшей головой поплелась вверх по лестнице.