У Ромео был пистолет

У него даже есть собственная группа, но играют они весьма посредственно, что не мешает им иметь небольшую толпу поклонников, в основном из грязных готов.

– Мне становится скучно, принцесса. Если не вымолвишь хотя бы одного слова в течение пяти минут, клянусь, мои тарантулы выжрут твои красивые глазки прямо из этого маленького черепа. – Он насмешливо дергает Данику за прядь волос, но та молчит.

Взгляд Даники направлен на небольшую клетку, где обитают два огромных паука. Они пугают ее, но словам Джетро она не верит.

Даника прекрасно знает, как сильно в глубине души он любит ее, поэтому ни за что не будет доставлять ей лишних переживаний.

– Как братишка поживает? У него все хорошо? Веселится?

Даника равнодушно кивает.

Джетро вздыхает, а затем делает очередную затяжку и расслабленно откидывается на подушки.

– Вот черт, всем бы столько энтузиазма после убийства целой семьи. – в голосе Джетро слышится сарказм.

Эта фраза заставляет Данику прийти в себя.

– Леон никого не убивал.

Голос ее звучит хрипло и приглушенно, словно она только что проснулась.

– Серьезно? Напиться в дерьмо и влететь в чужую тачку – это не убийство? Я понимаю, что это твой родной брат, но признай: он виноват.

Даника молчит.

Напоминание о тех жутких днях, когда о ее семье говорил чуть ли не весь город, неприятны. Она поднимается с подушек, чтобы уйти прочь из этого темного и вульгарного места.

– Эй, принцесса, я не хотел тебя обидеть! Мне просто трудно не ненавидеть твоего брата, который называет меня конченым сатанистом! – кричит Джетро, не двигаясь и не пытаясь остановить ее.

Одна мысль о Леоне приводит его в ярость. Джетро трудно смотреть на свою возлюбленную и не вспоминать о ее гадком братишке, ведь внешне они так похожи. И все же он любит ее, как бы безразлично и глупо себя ни вел.

– Я зайду в другой раз, – бросает Даника и направляется к выходу по мрачной галерее с жуткими картинами, на которые ей так неприятно смотреть.

У выхода она останавливается рядом с большой клеткой, в которой сидит летучая мышь.

Правда, это не мышь, а лисица, но Данике все равно. Ей нравится играть со смышленым зверьком, который порой понимает куда больше, чем люди, окружающие его.

Приоткрыв клетку, она осторожно гладит крылья лисицы, которая проснулась от шума.

– Прости меня, – вдруг говорит Джетро, выйдя из галереи.

Взгляд его неуверенно плавает по помещению, и он еле держится на ногах. Опиум дает о себе знать.