Небо, под которым тебя нет

Хидео

Сквозь маску стало трудно дышать. Нехотя снял ее и стал вдыхать вечерний воздух, как в последний раз. Словно кто-то сильно меня душил, а потом резко ослабил хватку.

– Теперь мы будем падать в эту пропасть вместе, – сказал я.

Мне уже все равно. Зачем пытаться быть хорошим, если не дано? Я вовсе не собирался делать тебе больно, просто хотел отдать ту любовь, которую уже не в силах сдерживать.

Обернулся и заключил тебя в объятия.

Даже когда умру, буду призраком ходить за тобой.

Градиентное небо медленно становилось темно-синим.

Улица кукол

??????

Мирай

С балкона наших апартаментов открывался красивый вид на Tokyo Station. Черные силуэты небоскребов тонули в багрянце заката, пока ветер медленно разгонял розовые облака. Еще неделя, и погода изменится.

Был обычный спокойный вечер. Один из тех вечеров, который ты бы и не запомнил, если бы потом в твоей жизни не произошло что-то странное. Что-то, из-за чего у тебя закончатся слова, хотя захочешь кричать о случившемся на весь мир.

Мне всегда хотелось вернуться на наш балкон в час, когда солнце уже зашло за горизонт, но до сих пор освещает часть неба. Когда кровь заката стекает по балконам и крышам домов. Уже не день, но еще не ночь – kataware-doki.

– Я наконец нашел работу, – сказал мой друг после затянувшегося молчания.

Небо наполняется чернеющей синевой. Видны первые звезды. Вдыхаю остатки вишневого табака.

– Что за работа?

– Ничего серьезного, так, подработка на первое время. Что-то вроде доставщика, знаешь… – Его взгляд был направлен в сторону императорского дворца, который едва был виден с нашего балкона.

– Все лучше, чем ничего, – пожав плечами, ответила я.

– Да, ты права. Все лучше, чем ничего, – он эхом повторил мои слова, но голос его звучал несколько иначе.

Он стал пропадать на работе сутками. Объяснял все тем, что заказов очень много, едва успевает сделать все, поэтому берет ночные смены. Поэтому почти все время я проводила с тобой.

Хидео

В глубине души я испытывал неприязнь к твоему другу.

Что-то мрачное зарождалось во мне при мысли о том, как он счастлив. В чем заключается его счастье? У него впереди целая жизнь, чтобы прожить ее так, как ему захочется. А еще он с тобой провел больше времени, чем я. Он знал тебя с малых лет и будет рядом до старости. У меня же только твоя юность – очень маленький отрезок времени. А ведь мне ты нужнее.

Можешь называть это синдромом жертвы, но в глубине души я и правда жалел себя.