Солтинера

Роза то и дело машинально поднимала руку и поправляла свой тюрбан, во все глаза глядя на искрящийся зеленым оазис, в самое сердце которого их и должна была в скором времени привести лестница.

– Роза… – вскоре задумчиво позвал ее Леон. – Слушай, а откуда ты вообще знаешь Плутона?

Та удивленно взглянула на него. Сияющая светом панорама дюн, оазис и залив успели почти полностью вытеснить из ее головы образ дождливого и мрачного Реймса. А с ним и школу с Плутоном.

– Он мой новый одноклассник, – нехотя ответила она.

 – Сегодня утром он пришел в школу впервые.

Глаза Леона расширились и он остановился.

– Что?!

– Одноклассник, – Роза вяло передернула плечами. – Приехал, кажется, из Норвегии, и знает три или четыре языка…

Леон чуть не задохнулся от удивления.

– Из Норвегии? – переспросил он слабым голосом.

Тоже остановившись, Роза непонимающе посмотрела на него. Тюрбан на ее голове опасно наклонился.

– Ты же сам сказал, что он хочет меня убить, – она миролюбиво постучала пальцами по перилам.

 – Выходит, он заранее все так подстроил, чтобы его появление выглядело естественно. Не мог же он просто так выстрелить в меня из-за угла, верно? Хотя нет, мог, – перебила она саму себя. – Или нет?.. Ему вроде как надо было прежде что-то у меня узнать, значит, стрелять было бы с его стороны глупостью.

Судя по выражению лица Леона, его одновременно и восхищал ее небрежный тон, и приводил в ужас.

– Что он у тебя спрашивал? – спросил он, сделав глубокий вдох.

– Откуда я знаю о Солтинера, – Роза в который раз поправила тюрбан. – Он сказал, что эти сведения ему нужны для протокола, чтобы он мог покончить со мной законным путем.

Теперь и она сама начала подозревать, что виной ее спокойствию послужил начинающийся солнечный удар. Но она вяло отмахнулась от этой мысли. Солнечный удар ее тоже не слишком-то беспокоил.

– Ты знаешь, зачем ему понадобилось спрашивать меня об этом? – поинтересовалась она, с интересом взглянув на Леона.

Тот окинул дюны мрачным взглядом.

– У них есть такой закон, – сказал он, вновь принявшись медленно спускаться. – Он был принят буквально на днях, и гласит, что все Солтинера, уличенные в передаче сведений о своем народе человеку, никак с этим народом не связанному, будут оштрафованы, – произнося последнее слово, Леон изобразил пальцами кавычки. – Так они это называют, убивая проштрафившихся.

Сонное спокойствие вмиг слетело с Розы и она споткнулась.