Солтинера

После всех этих бесед с родителями, сказок о выгоревших прядях, вопросов Ноеми и Полин… Она просто не выдержит опять быть блондинкой!

Не отводя глаз от своего побледневшего отражения, Роза медленно стянула резинку с волос и те царственно скользнули белой волной по ее плечу и за спину. Вдобавок к цвету, они теперь стали совершенно прямые, словно после ламинирования, и доставали ей до самых бедер.

– Все, – глухо поведала Роза своему отражению. – Теперь мне конец.

В следующий раз, когда она увидит Леона, то не подпустит его к себе и на метр.

Или с визгом убежит, если он вздумает к ней приблизиться, или… ну да, или пустит в дело ту самую биту, которую он так предупредительно рекомендовал ей носить с собой.

И когда он умудрился это с ней проделать? Он даже специально не прикасался к ней… Ну да, не прикасался. Это она сама вежливо пожала ему руку на прощание, обжегшись перед этим о его запястье.

Роза сморщила нос и зажмурилась, не желая видеть свое отражение.

Какое-то время она стояла так, и потом понуро поплелась прочь от злополучной витрины.

Она уже предвкушала будущее разбирательство с родителями, где в ход наверняка пойдут и угрозы, и приказы, и, может даже, шантаж. Скучными ее отношения с ними никак нельзя было назвать, хотя, до всех этих перемен с ее несчастными волосами, жаловаться на незаслуженные придирки ей все-таки не приходилось… То ли дело сейчас.

Добравшись до двери своей квартиры, Роза даже не стала медлить и тут же позвонила – лучше уж покончить разом со всей этой историей.

Дверь ей открыла Олив, с полотенцем в руке и в фартуке.

– Наконец-то, Роза! – ее мама облегченно выдохнула, но тут же испуганно ахнула. – Что это, Роза? Где ты была?

– В школе я была, в школе… – Роза угрюмо шмыгнула носом. – Где же еще мне быть? Возвращалась домой через наш бульвар и… задержалась.

Олив пропустила ее в прихожую и закрыла дверь. Со второго этажа донесся вопль одного из близнецов, желающего узнать, пришла ли это Роза домой.

Отвечая таким же воплем, та виновато покосилась на Олив.

– Понимаешь, я едва не попала под автобус, – начала она успокаивающим голосом, – а он меня окатил этой жижей из лужи, так что моей вины тут нет.

Олив всплеснула руками и Роза поспешила добавить:

– Не беспокойся, я в полном порядке.

– Да, но ты…

– Цела, мам, совершенно цела, – устало выдохнула Роза, и развела руками в перепачканных рукавах.