Третья навигация, или Трудно быть русским

Надо понимать, что корни такого отношения складывались не из абстрактных идей, а рождались сначала при революционной работе в Баку, затем в ссылках, где жизнь народа была как на ладони.

Впрочем, понятно, для многих в отношении Сталина речь о любви к народу неуместна и кажется кощунственной, ведь логика лагерей говорит скорее о ненависти. Однако если перевести течение мыслей из политического русла в экономическое, то борьба с троцкистами и прочей политической «нечистью» оказывается смертельным поединком социалистической идеи с гидрой коррупции.

Когда идея социального равенства и братства (вполне библейские и даже христианские понятия) переросла в рождение новой советской «элиты», для которой обладание деньгами и властью стало чем-то само собой разумеющимся, когда личное обогащение стало вопреки всеобщему благу, нужен был только повод, чтобы начать наводить порядок.

Оставалось подретушировать детали. Выстрел оскорблённого мужа Мильды Драуле стал пороховым зарядом развернувшейся компании репрессий против троцкистов, зиновьевцев и прочих деятелей, чьи взгляды расходились с идеей социального равенства.

Часть вторая.

Трагическая

2.3

Повторю, пусть для читателя не будет странностью то, что я начинаю историю своей страны не из седого далёка, а временем, почти родственным моему поколению.

Во-первых, для того чтобы понять суть русской истории, её взаимоотношения с историями других стран и проникнуть в сердцевину русской богоизбранности, достаточно одного примера. Во-вторых, повторяемость примера даже для не интересующегося российской историей человека становится заделом понимания того, о чём будет сказано в этой книге.

На самом деле в мире цикличность свойственна всему, любому событию, различны только масштабы и условия, при которых происходит то или иное явление. Приключается всегда одно и то же. Наука открывает тайны мироздания, что, безусловно, влияет на внутренний мир человека и привносит элементы новизны в духовное пространство.

Меняется ли при этом человек? Очень спорный вопрос. Мир? Да, он видоизменился, но есть и всегда останется тем, чем и был.