Стражница поневоле

Она полетела вниз с устрашающей быстротой, видя, как сбоку мелькают балконы. Обезумевшая от страха, она пыталась кричать но, будто увязнув в кошмарном сне, не могла и пискнуть. Сердце её ухнуло и замерло, забыв, что надо стучать. Еще мгновенье этого непомерного ужаса, и тьма поглотила её.

2

Рита открыла глаза. Она лежала на кровати, и сердце её исправно стучало. Она пошевелила руками, ногами – и они, как обычно, легко послушались её. Значит, она жива и вовсе никуда не падала? Рита встала с кровати и огляделась.

Она находилась в незнакомом помещении. Это была мансарда, скудно обставленная мебелью. В углу – деревянный столик с наваленной грязной посудой, на комоде – таз с водой и кувшин, над ними тусклое зеркало. В углу, над буржуйкой, развешена женская одежда старинного покроя. Железная кровать, на которой Рита до этого лежала, была с отвратительным матрасом, из которого торчала солома.

– Неужели кто-то еще так живет? – удивилась Рита.

И было что-то неуловимое во всей обстановке, что казалось до ужаса неправильным.

Голова закружилась, и Рита поспешила прикрыть глаза. «Так… – сказала она сама себе. – Где я? Что со мной произошло?» Последнее, что она помнила, так это то, что она была на вечеринке у своей подруги, декораторши Ани, где собиралось самое странное общество. Она пила шампанское, ела канапешки. Потом сбежала от надоедливого прилипалы на балкон, а там…

Тут же вспомнился брюнет с проникновенными черными глазами, и этот незнакомец говорил какие-то странные вещи про ее желания и про ее ужасную жизнь, которую он может изменить.

– Черт, – пробормотала Рита, – он же меня скинул с балкона!

Вдруг Рита поняла, что слышит бесконечный мерный цокот копыт. Она подошла к круглому оконцу и в ужасе замерла. Она увидела, как катят по каменной мостовой экипажи, а по тротуару идут странно одетые люди: женщины в длинных платьях и шляпках с перьями, мужчины в костюмах и цилиндрах. Как будто здесь решили снимать кино про Шерлока Холмса или графа Монте-Кристо.

– Лучше бы это был сон, – прошептала в ужасе Рита.

Голова ее закружилась. Она отступила от окна и ухватилась за край комода. И вдруг в мутном зеркале она нечаянно поймала своё отражение. Теперь голова у нее закружилась еще больше. В зеркале она увидела не то, что привыкла видеть в отражающих поверхностях последние двадцать лет. Вместо растрепанных блондинистых кудряшек у нее были аккуратно затянутые в тугой пучок гладкие темно-рыжие волосы, и глаза вместо серых стали зелеными.