Три дракона для Фло

Она по-прежнему ничего не понимала, но и оставаться здесь одной, ожидая, что эти сумасшедшие передумают – «такое себе» идея.

Когда вышла в коридор, дракониц уже и след простыл.

Да и вообще пусто: адепты разбрелись по аудиториям.

Флора рванула по коридору, на ходу стряхивая с панели капли. Магтехнологии, конечно, магтехнологиями, но неизвестно, как их техника поведёт себя при соприкосновении с водой… На Земле они не сильно-то дружат.

Она сама не поняла, откуда взялись вдруг чьи-то сильные, мускулистые руки, которые, прежде, чем она забилась в них, как птица в силке, утянули её в тёмный проём.

Над головой вспыхнула лампа и Флора взвизгнула, когда увидела, кто перед ней.

Ну конечно же, дракон! Кто бы сомневался…

Его она тоже помнит. Тогда, на крыльце.

Квадратный подбородок, прямой нос, полные губы… Высокие скулы и чуть впалые, как у всех драконов, щёки. Серые глаза с вытянутыми зрачками в неверном свете светильника искрили нежным ореховым цветом. Из всех троих у него было самое честное, самое открытое лицо, если эти эпитеты вообще можно отнести к драконам.

Дракон держал ладонь на губах Фло и от соприкосновения горячих пальцев с кожей, от близости его сильного, могучего тела кожу словно пронзали кусучие огненные искры, тело плавилось, а сознание становилось густым и тягучим.

– Не бойся, малышка, – хрипло прошептал дракон и от звуков густого, бархатного голоса щёки опалило жаром. – Я хотел просто посмотреть на тебя. Больше не дотронусь, только не кричи, хорошо?

Флора моргнула и кивнула.

– Хорошая девочка, – хмыкнул дракон, отпуская руку.

Теперь он упирался обеими руками в стену и Флора чувствовала себя в ловушке. Вот только выбираться из этой ловушки совершенно не хотелось. Весь мир вдруг стал неважным, иллюзорным, несуществующим… Реальностью налилось лишь что-то пылкое, кипучее, жаркое до дикости, до потери самоконтроля… Что-то, растекающееся в воздухе.

– Испугалась, маленькая? – спросил дракон и Флора часто заморгала, пытаясь понять о чём он. Прежде, чем с уверенностью помотала головой, дракон добавил: – Эти высокородные стервы кого угодно доведут до заикания.