Путь единственной

Нинет никогда не бывала у «жениха», и сейчас, кажется, было не лучшее время для визита.

Собрав остатки воли и самообладания в кулак, она остановилась и развернулась.

– Я передумала. Я ничего не хочу. Пустите меня. Я пойду домой.

– Да ладно, сладенькая? – ухмыльнулся Харлей. – Мы же только начали.

Её втолкнули в комнату с красными муаровыми стенами. Она уже бывала в таких, в закрытых клубах, и прекрасно знала, для чего они предназначены. Здесь всё дышало страстью, развратом, похотью. То есть именно тем, что было так необходимо сейчас Нинет.

И вместе с тем было в этом во всём что-то такое пугающее, что заставляло её колени слабеть от страха. От ужаса. Хуже всего, что гормоны, казалось, решили устроить бунт. Нинет кидало в жар и в холод, то и дело перехватывало дыхание, наступала паника. Тело отчаянно желало секса с инкубами. Приказывало. Требовало. И Нинет не могла ничего с этим поделать.

– Нет, не надо, пожалуйста, я не хочу, я больна, очень больна, позвольте мне уйти…

Она сама не поняла, как оказалась обнажённой.

Связанной по рукам ногам и подвешенной на крючья под потолком.

Широко разведённые в стороны руки и ноги… Собственное бессилие и два инкуба, которые смотрят на неё… Неужели сейчас это случится? Неужели она, наконец, получит то, что ей так необходимо?

То, что она была полностью обнажённой, а братья оставались в безупречно отглаженных костюмах, было непривычно. Волнующе.

Харлей зашёл снизу и одобрительно похлопал по ягодицам. Затем развёл пальцами складочки и подул.

Нинет застонала, попыталась податься к нему, насадиться хотя бы на пальцы… В следующий момент ахнула от боли. Судя по острым и одновременно натянутым ощущениям на половых губках, инкуб растянул их и надёжно зафиксировал прищепками.

В следующий миг та же участь постигла соски.

Нинель ахнула и застонала в голос от боли, по щекам против воли хлынули слёзы. Она знала, что демоны любят играть со своими «девочками», но так… Всё-таки она не компаньонка из весёлого дома, с ней нельзя обращаться таким образом…

В этот момент палец Харлея ударил по чувствительному бугорку и начал совершать круговые движения вокруг влажного набухшего местечка и Нинель закричала.

Возбуждения такой силы она не испытывала ни разу в жизни!

Когда Харлей убрал руку, Нинет замычала от разочарования. Она хотела взмолиться, чтобы продолжал, но тут в игру вступил Эрам.

Он резко взял её за волосы. Грубо и даже как будто брезгливо. А потом развернул лицо на себя.