Путь игрушки

Но русалка была такой радушной, искренней, от души благодарной за помощь с парнями… Да и сама начала рассказ о себе с того, как тяжело было собрать нужную сумму, и еще тяжелее будет ее отдавать… Поэтому Мишель робко улыбнулась и ответила:

– Магистр Альберт Гордеев, он помогал с поиском учебников и разговаривал с бабушкой (это почему-то показалось важным рассказать), сказал, что я – стипендиат.

– Ого! – воскликнула русалка, закрыв пальчиками пухлый рот, открытый буковкой «о». – У тебя должно быть, редкий дар.

– Я медиум, – повторила Мишель то, что узнала от куратора.

– Ты видишь память вещей! Ничего себе!

– Только то, что вещи хотят мне «показать», – повторила Мишель слова куратора. – А они, как правило, не хотят.

– Все равно! Стипендиат! – русалка помотала головой, словно не верила.

– У меня контракт на год, – сообщила Мишель. – Или как-то так, я не поняла. Стипендия мне положена в течение года. Если дар не усилится, останется на этом же уровне, придется платить за обучение самостоятельно.

– В Вилскувере полно работы, – заверила ее русалка. – Я сама думаю устроиться официанткой или разносчицей пиццы…

– Я думала о месте лаборантки, – призналась Мишель.

– Сидеть в академии день и ночь? – скривилась русалка. Но тут же губки ее растянулись в улыбке. – А! Ты же просто первокурсница! Новенькая! У всех поначалу такое нездоровое рвение к учебе. Ты пойми, милая! Мы в Вилскувер едем! Там можно все!

Мишель задумчиво посмотрела на русалку.

Сказать откровенно, она чуть не описалась от радости, когда поняла, что Альберт Гордеев не шутит.

Она знала, с детства знала, в самом далеком уголке души, в который никого не пускала… кроме, разве что, старых… любимых-прелюбимых вещей… что она особенная. Что она может говорить с вещами… слышать их. Пускай такие совпадения – редкость, пусть столь явно с ней произошло подобное всего пару раз… И самыми яркие их этих пары раз были тогда, с Владом и сейчас, с Дэенисом.

Когда Мишель невольно вспоминала взгляд джинна, вздрагивала, ежилась. Потому что это был взгляд убийцы. Пусть она видела, прикоснувшись к его часам, немного, но что-то подсказывало… достаточно. Достаточно для того, чтобы прочитать в глазах джинна приговор. Ведь он и не знает, сколько она успела увидеть… И, даже если бы сказала ему, не поверил бы.