Охота на ведьму

Астрологи, базирующиеся в своих предсказаниях на расположениях небесных светил и явлений… И, наконец, «Е»… Некроманты, использующие для предсказаний покойников. Впоследствии, как вы знаете, некромантия развилась в науку, практикующую управление мёртвыми телами, кражу душ и жизненной энергии…

Я, скрипнув зубами, снова вернулась к игре в снежки.

За то время, что слушала Злату, «ведьмаки» вырвались по счёту вперёд, и «ведьмы», посовещавшись, занялись строительством аванпоста, сиречь снежной крепости.

Вот пифия всегда так: сперва заинтересует, поманит, как осла, морковкой, а потом вывалит такой ворох предыстории и ненужных подробностей, что от скуки челюсть сведёт!

Так что на переход к высшей мантике сегодня остаётся только надеяться.

Я так увлеклась рисованием снежков, что прошляпила тот момент, когда на парту с шелестом запрыгнула бумажная лягушка. Элька, которая так же невыносимо скучает, оставила попытки дозваться меня голосом и заколдовала записку.

Не успела я поймать лягушку, чтобы спрятать ту под партой, как несчастное бумажное земноводное оказалось пригвождённым к парте указкой Златы.

Я чуть не застонала сквозь зубы.

– Значит, говоришь, тебе интересно, Волкова? – склонилась над моей партой провидица, следующим метким движением указки не давая мне захлопнуть конспект.

Окинула хмурым взглядом снежную баталию и укоризненно покачала головой.

Я приготовилась к самому страшному наказанию.

Как наяву, увидела себя сидящей на кафедре Пифий за самым бесполезным занятием в мире.

Взгляд рассерженной пифии предрекал мне именно такое бесславное завершение сегодняшнего дня. И это ведь после «экскурсии» для Ралфи и обязательных дел на станции, которые никто кроме меня не сделает! Тьма!

Но всё вышло ещё хуже.

Потому что лягушка, стоило ей высвободиться из-под гнёта указки, ожила. Потянулась, расправляя примятые лапки и, надуваясь изнутри, спину. А затем, открывая и закрывая бумажный рот, принялась сюсюкать Элькинымголосом:

– Риту-уль, ну не дуйся. Ты же из-за Ралфи, да?

В аудитории наступила гробовая тишина.

А обиженная на моё невнимание Злата метким движением указки подбросила лягушку в воздух, когда я попыталась её поймать. Чтоб прихлопнуть, естественно.