Пламя в крови

– Судя по всплеску магической энергии, я полагал, здесь проходит практическое занятие для целого курса, – задумчиво проговорил он, пристально вглядываясь мне в глаза.

Было неловко, но ещё более неловко стало, когда взгляд его скользнул ниже. Пальцы непроизвольно смяли юбку униформы. Хуже всего, что на силу его магии, каким-то чудом откликнулся мой огненный дар! Это было единственным объяснением тому, что мне внезапно стало жарко. Как в детстве, когда внутренний огонь только-только просыпался.

Когда истинный слух уловил потрескивание пламени, а нос – запах гари, колени ослабли.

От страха. И злости. Я что – несмышлёныш, на котором горят сорочки?!

– Это вам, видимо, показалось, – старательно сдерживая злость (которая губительна в первую очередь для одежды пиромага), и пытаясь натянуть на лицо самую благопристойную и доброжелательную улыбку, процедила я.

Маг поднял бровь с таким видом, словно я белое назвала чёрным.

– В академии сейчас много кто тренируется, – невозмутимо пожав плечами, продолжала я.

 – Выпускной экзамен вот-вот начнётся.

– Да-да, – немного рассеяно кивнул он, продолжая жечь меня взглядом чёрных глаз. – Я на него и прибыл.

Я чуть зубами не заскрипела. Внутреннее пламя словно озверело, истово атакуя изнутри. Мы нередко на занятиях призывали саламандр из потухшего пламени: огненные ящерки, как правило, вредничают (а какая стихия любит контроль?), сопротивляются изо всех сил, но ничего не могут с собой поделать – их пламя откликается на наш зов, тянется к родной стихии, стремится к ней, как мотылёк на свет…

И вот сейчас я чувствую себя по меньшей мере такой саламандрой, которая не в силах противиться пламени призывающего мага.

То ещё ощущение, если честно!

– Тогда вас кто-то обманул, – мило улыбнулась я. – Стихийные экзамены у нас на арене проходят. Там и защитный купол, и остальные удобства. Чтобы никто из высокопоставленных гостей, не дай Рарог, не обжёгся.

К первой поднявшейся брови незнакомца присоединилась и вторая.

Чётко очерченный рот растянулся в некоем подобии улыбки. Видимо, само предположение, что кто-то мог его обмануть, а также возможность обжечься развеселила. Взгляд же оставался серьёзным.

– Благодарю за участие, – сказал он, и в чёрных, как ночь, глазах заплясали золотые искорки. – Не будете ли столь любезны показать, хм, высокопоставленному гостю, где у вас тут арена с удобствами?

Я чуть в голос не взвыла.