Небо на троих… и два дракона в подарок!

Арнэй по большей части солидарен с братом, тем более, что симбионты напитываются быстрее за «совместной трапезой». Если бы драгхи не были такими собственниками, групповой секс давно стал бы мэйнстримом. Но раз уж они с Дауром близнецы и делили на двоих утробу матери, делить женщин для них не проблема. Вот ключей от «сильфиды» Даур нипочём не доверит. Ну так то – тачка, к тому же последней модели… умный, точный механизм. А то тёлки…

Но раз уж Даур задержался в Чарингсенте, Арнэй решил, что почему бы и не Уикта.

Она старательная.

– Ах вы… нехорошие, не дождались меня, – хриплым со сна голосом проговорила Марьям с другого бока.

В голосе девушки сквозила обида, звучал упрёк.

От внимания драгха пламя разгорается не только у фениксов. Человечки со своими жалкими искрами так и липнут к высшим, слетаются, как мухи на мёд. Даже до драк из-за драгхов доходит. Арнэй не очень одобряет все эти плебейские «развлечения», но ведь не всем быть высшими.

Открыв глаза, драгх увидел склонившуюся над своим лицом холёную мордашку Марьям.

За последнее время внешность Марьям претерпела серьёзные изменения в соответствии со столичными канонами красоты, превратив девушку из рыжей огненной зажигалки почти в драгхару. Белоснежная, без намёка на веснушки кожа, прежде торчащие во все стороны рыжие пружинки волос превратились в гладкие, как шёлк, высветленные локоны, рассыпанные по обнажённым плечам, словно человечка только что из салона.

Губы-плюшки игриво коснулись уголка рта, юркий язычок скользнул по губам, пытаясь проникнуть к нему в рот.

Ну уж нет.

Сжав в кулаке белокурые локоны, драгх оттянул голову человечки назад. Целовать их никогда ему не нравилось. Рты у человечек для того, чтобы сосать, а не для поцелуев. Тем более у таких, как Марьям.

Хриплым от возбуждения голосом Арнэй проговорил:

– Если хочешь присоединиться, можешь отшлёпать свою подружку, а то ведь так и заснёт с членом во рту, – драгх похлопал Уикту по щеке: – Слышала, сладкая? Отклячь-ка задницу.

Не выпуская члена изо рта, Уикта послушно поднялась на четвереньки, и взвизгнула, когда на пышные ягодицы обрушилась ладонь уязвлённой Марьям.

– Соси старательнее, сучка, – хрипло приказал Арнэй, надавливая пятернёй на затылок Уикты. – Твоя подружка ждёт не дождётся своей очереди.