Написано кровью моего сердца

Поместье Лаллиброх

Брианна взвесила в руке нож для писем, но, просчитав расстояние от стола до Роба Кэмерона и оценив легкость лезвия на деревянной рукояти, неохотно заключила, что убить этого подонка не получится. Пока что.

– Где мой сын?

– Он цел.

Брианна встала, и Кэмерон невольно попятился. Однако тут же вспыхнул и покрепче стиснул зубы.

– Да я, черт возьми, и не сомневаюсь, что он цел, – огрызнулась она. – Я спросила, где он?

– О нет, детка… – Кэмерон с небрежным видом покачался на каблуках. – Так мы не играем.

Черт возьми, и почему Роджер не хранит в ящике стола какой-нибудь молоток или отвертку? Не степлером же кидаться в этого козла… Брианне пришлось обеими ладонями упереться в стол, иначе она прыгнула бы и вцепилась в горло этому ублюдку голыми руками.

– А я и не играю, – выдавила она сквозь стиснутые зубы. – И ты тоже. Где Джемми?

Он покачал длинным пальцем.

– Ты, миссис Маккензи, здесь больше не босс. Я теперь главный.

– О, серьезно, ты так считаешь? – обманчиво мягким тоном осведомилась она.

Мысли беспорядочно скользили песчинками в часах: что, если… нет… а вдруг, может…

– Да-да, именно так. – Побагровев еще сильнее, Кэмерон облизнул губы. – Теперь ты, детка, узнаешь, каково торчать на самом дне.

Глаза у него лихорадочно блестели; сквозь короткую стрижку Брианна видела, как на ушах собирается пот. Может, накурился какой дряни? Хотя вряд ли… На Кэмероне были тесные штаны, и он безо всякого стеснения мял промежность, где уже прорисовывалась выпуклость.

Брианна стиснула зубы.

Не в этой жизни, ты, сволочь!

Глядя Кэмерону прямо в глаза, боковым зрением она пыталась его осмотреть. Оружия вроде бы не видать, карманы не оттопыриваются… Он правда думает, что без кандалов и кувалды сумеет принудить ее к сексу?

Кэмерон ткнул пальцем в пол перед собой.

– Иди сюда, сладкая, – тихо велел он. – И снимай штанишки. Сейчас узнаешь, каково это – когда тебя имеют в жопу день ото дня. Ты меня вконец уже затрахала, так что все будет честно.

Очень медленно она встала из-за стола, но остановилась, не доходя до Кэмерона пару шагов. Вслепую, не желая отводить от насильника взгляда, нащупала пуговицу джинсов. Сердце так тяжело билось в ушах, что она почти не слышала его пыхтящее дыхание.

Кэмерон невольно облизнулся и сглотнул, когда она спустила штаны с бедер.

– И трусы тоже, – приказал он, задыхаясь. – Снимай.

– А ты не часто насилуешь женщин, да? – резко ответила она, вылезая из штанин.