Скажи пчелам, что меня больше нет

– Je suis prest, – сказала я с вымученной улыбкой на покрытом холодным потом лице. – У тебя в спорране, случайно, не найдется немного соли?

– Конечно, найдется, – удивленно ответил он и вытащил свернутый в трубочку клочок бумаги. – А что, она помогает от мертвенной бледности?

– Посмотрим. – Я макнула палец в соль и положила несколько кристалликов на язык. Как ни странно, вкус показался мне освежающим.

После очередного глотка виски стало намного лучше. Я вернула Джейми кулек.

– Сама не знаю, зачем попросила.

Его губы тронула легкая улыбка.

– Да, – кивнул он. – Что за призраки тебя преследуют, саксоночка?

Я решила, что больше не могу держать это в себе, и выпалила:

– Почему ты так спокойно отнесся к появлению собаки?

Джейми на мгновение застыл и отвел взгляд, будто хотел собраться с мыслями перед неприятным разговором. Пару раз моргнул и с тяжким вздохом вновь посмотрел мне в глаза.

– Поначалу я испугался, – тихо признался он.

– Что с гончей явился и хозяин? Или пустил ее по твоему следу? – Мой голос был не громче шепота, но Джейми услышал и медленно кивнул.

– Да, – прошептал он, нервно сглотнув. – Что, возможно, привел в наш дом что-то…

Во рту пересохло от волнения, но я должна была это сказать:

– Так и случилось.

Джейми прищурился и молча посмотрел на меня; его синие глаза казались почти черными в тени каштанов.

– Когда она пришла ко мне, – заговорил он наконец, – в поисках еды и крыши над головой… И когда ребятишки так хорошо ее приняли, а она их… Я подумал: вдруг собака послана мне свыше? В знак прощения. И если я приму ее в дом… Может, тогда эта боль… – Он отвел взгляд и беспомощно махнул рукой.

– Исчезнет?

Джейми тяжело вздохнул и на мгновение сжал кулаки.

– Нет. Прощение не отменяет раскаяния. – Муж пытливо заглянул мне в глаза.

Мы сидели буквально в паре дюймов друг от друга, только между нашими сердцами будто пролегла целая пропасть боли. От волнения у меня бешено стучало в висках.

– Послушай, – вымолвил он наконец после затянувшейся паузы.

– Слушаю…

Улыбнувшись уголком губ, Джейми протянул мне широкую, заляпанную смолой ладонь.

– Дай-ка свои руки.

– Зачем? – удивилась я, но без колебаний выполнила просьбу.