Стрекоза в янтаре

– Нет, Клэр! – воспротивился он, когда я начала расстегивать килт.

Я удивленно взглянула на него:

– Почему нет?

– Ну, из-за… – Он слегка покраснел. – Из-за ребенка… Не хочу повредить ему.

Я рассмеялась:

– Джейми, ты не повредишь! Он же не больше, чем кончик моего пальца!

Для наглядности я выставила палец и медленно провела им по пухлой, четко очерченной губе Джейми. Он перехватил мою руку, наклонился и крепко и быстро поцеловал.

– Ты уверена? Я хочу сказать… Я все время думаю, что ему не понравится, если кто-то будет его толкать…

– Да он и не заметит, – уверила я его и снова занялась пряжкой на поясе.

– Ладно. Раз ты так считаешь…

В дверь властно постучали, она отворилась, и вошла служанка с охапкой поленьев, расталкивая ими створки. Судя по царапинам на панели и на полу, то был обычный для нее способ проникать в комнату.

– Bonjour[13 - Добрый день (фр.).], месье, мадам, – буркнула она, коротко кивнув в сторону постели, и шмыгнула к камину.

Да, ее поведение было красноречивее всяких слов.

Но я уже привыкла к безразличию, с которым слуги на постоялых дворах относятся к постояльцам, даже в дезабилье, и, буркнув в ответ: «Bonjour, мадемуазель», не стала обращать на нее особого внимания, лишь оставила пряжку Джейми в покое и, скользнув под одеяло, натянула его повыше, чтобы не было видно раскрасневшихся щек.

Обладавший еще большим, чем я, хладнокровием, Джейми положил на колени валик, вынутый из-под подушки, уперся в него локтями, опустил на ладони подбородок и завел со служанкой светский разговор, нахваливая кухню.

– А откуда получаете вино, мадемуазель? – вежливо осведомился он.

– Когда как. – Ловко набрасывая растопку на более крупные поленья, она пожала плечами. – Оттуда, где дешевле.

Круглощекое лицо женщины слегка сморщилось, когда она искоса взглянула на Джейми.

– Ну, это я понял, – сказал он и усмехнулся.

Она ответила коротким смешком.

– Держу пари, что смогу достать почти по той же цене, только вдвое лучше.

Скажи своей хозяйке, – предложил он.

Она скептически приподняла бровь.

– И какова же будет цена, месье?

Он ответил ей типично гэльским жестом, обозначавшим отрицание.

– Пока еще точно не знаю, мадемуазель. Просто собираюсь повидаться с одним земляком, он торгует вином. Могу потолковать с ним – может, он захочет заключить с вами сделку. Почему бы нет?

Она кивнула в знак согласия и, кряхтя, поднялась с колен.

– Хорошо, месье. Поговорю с хозяйкой.