Эльфийка и Дракон

Русалки рождаются в реках, а по достижению совершеннолетия перебираются на постоянное местожительство в море. Это у них и называется "выйти замуж". Русалка не выбирает сама то море, в котором проведет остаток своих дней, мороча голову морякам и загоняя корабли на рифы. Море само призывает русалку песней, слышимой только ей одной и предназначенной только для нее.

– Так что же в этом плохого, Хранитель. Твоя девочка выросла, стала совсем взрослой. Теперь у нее своя жизнь начнется.

– Дааа, выросла… – Тяжко вздохнул водяной.

– Да, Ворст, ты дочку замуж провожаешь, а я некоторых из дому выпихнуть не могу.

– Все никак не можешь своего дракона женить? – Переключился на чужое горе водяной. – Да отстань ты от него уже! Небось, в печенках у парня сидишь. Чем больше ты ему нудишь, тем меньше ему хочется жениться. Это же… как там сказывалось? – Ворст наморщил лоб. – А! Каждая сила порождает противоположную силу, равную оной по величине.

– Ну да, почти так. – Рассмеялся Сальтариэль.

– У него волосы еще не выпадают?

– А с чего бы это? – Сальт чувствовал подвох, но решил подыграть другу.

– Так ты же ему, небось, уже плешь проел. – Лукаво прищурился довольный собеседник.

– Да вроде пока нет. – Хохотнул эльф. – Только дело это не меняет.

– Что, не хочет чешуйчатый идти твоих студенток первокурсниц смотреть?

– Да вроде в этот раз согласился.

– Да ну!? – Всплеснул тощими ручонками Ворст, от чего брызги разлетелись во все стороны. – Так может он того, опять к тебе в Академию?

– Да нет, в Академию он не хочет ни под каким видом. – Вздохнул Сальтариэль.

– Ну, может оно и к лучшему… – Протянул водяной.

– Ладно, Ворст, договаривай уже. Я же тебя не первое столетие знаю. Что ты услышал?

– Да ничего такого особенного. Только поговаривают, что в Ковене Магов индивид эдакий завелся, который люто драконов ненавидит и твоего Артариура в особенности.

– И откуда ты все знаешь, Ворст? Ты же из своей реки ни нагой… то есть, ни плавником.

– Уметь надо. Вот ты дюже заумный, но глупый.

– Почему это? – Изумился Сальт.

– Потому, что слушать не умеешь, а кто слушать не умеет, тот ничего и не знает. – Назидательно поднял крючковатый палец хранитель реки.