Чужестранка. Книга 2. Битва за любовь

Я использовала все доступные мне реанимационные приемы: поднимала и опускала руки, делала непрямой массаж сердца, даже дышала «рот в рот» (довольно неприятное действие из-за скверного запаха и вкуса), но безуспешно: Артур Дункан умер.

Я с трудом поднялась на колени, затем встала; одновременно со мной отец Бейн, окинув меня гневным взглядом, встал напротив у тела на колени и поспешно приступил к последнему обряду. Спина и руки болели, а лицо мое странным образом онемело. Меня словно отгородил от шума и голосов в наполненном людьми зале какой-то невидимый занавес.

Несмотря на смерть Дункана и неизбежные похоронные мероприятия, последовавшие за нею, охоту на оленя с участием герцога перенесли лишь на неделю.

Меня очень угнетала мысль о скором отбытии Джейми. Неожиданно я поняла, что каждый день предвкушаю встречу с ним за обедом после работы, сердце екает, когда мы случайно сталкиваемся днем, что я привыкла опираться на его общество и его уверенную помощь в сложных обстоятельствах жизни в замке.

Джейми привлек меня к себе, а я легла головой ему под подбородок.

– Я буду скучать по тебе, – тихо промолвила я.

Он прижал меня крепче и чуть печально усмехнулся.

– Я тоже, англичаночка. Сказать по правде, я даже не думал, что мне будет так тяжело тебя оставить.

Он ласково погладил меня по спине, перебирая пальцами по позвонкам.

– Джейми… ты будешь осторожен?

От ответил, и я почувствовала тихое дрожание в груди от смеха:

– С герцогом или с конем?

Несмотря на все мое беспокойство, он был намерен участвовать в охоте на оленя верхом на Донасе. Я часто представляла себе, как эта громадная гнедая тварь исключительно из упрямства сбрасывает всадника на скалу или бьет Джейми своими смертельными копытами.

– С тем и с другим, – холодно сказала я. – Если конь сбросит тебя и ты сломаешь ногу, ты окажешься во власти герцога.

– Точно. Однако там будет и Дугал.

Я фыркнула:

– Он сломает тебе вторую ногу.

Он засмеялся и, пригнувшись, поцеловал меня.

– Я буду осторожен, mo duinne. Обещаешь ли ты мне то же?

– Да, – с готовностью скала я.