Сомогонка

 – А что, Кирюха, икры у вас много там? Я бы купил грамм двести, если дорого не запросишь.

– Да, хватат икры покамест. В старину-то белугу енту хрен поймаш по нашим речкам, а теперича, када она из болотца в болотцо переползат, мы на самку каку прыгаем да по пузу гладим, пока она, дура, икру не выпустит. Да мы, когда даст Бог, ко мне доберёмся, я тебе и отсыплю литра три задаром. А что от тебя возьмёшь-то?… А у меня в погребке бочонок с икоркой томится.

– Да как мы к тебе попадём, когда я на самый восток еду, а ты, видимо, сойдёшь где-то здесь неподалёку.

– Бог даст, вместе и сойдём.

Озадачил меня Кир. Я даже стал думать, а не взять ли и не сойти хрен знает где?… А что если и вправду у Кира икра в подвале преет?

– Вот, правда, Саня, живёшь ты там среди городских. Роду своего не знаш. Фамилия твоя кака?

– Лешаков, – говорю, – а прадед мой и дед из казаков семиреченских. Знаю я свой род.

– Да прадед-то – енто ещё не весь род, – заметил Кир и продолжил: – Вот ты не знаш, а у нас вашего рода лешаков изба родовая есть.

Можа, она тебя ждёт стоит?…

– Каких «лешаков»? Какая такая изба? Думаешь, я что, вот так всё брошу и к вам в засратый радиацией район ломанусь? Охренел ты, мужик, совсем или прикалываешься так?

Сказал и думаю: «Ну что вот на человека взбеленился? Он же не со зла, а от радушия своего первобытного. Вон, сидит, губы поджал, бородёнку теребит».

– Ладно, – говорю, – Кирыч, не принимай близко к сердцу. Мы же люди подневольные…

И сижу дальше молчу и думаю: «Вот точно, подневолье какое-то… Ну прямо рабство.

И ведь добровольно всё. Типа ответственность за семью, работу, ещё за что-то, непонятно за что?… А что семья?… Дочь выросла, жена своими делами занята, я – своими. На работе ещё неизвестно, чего от меня больше – пользы или вреда… А не могу вот так взять и слезть с поезда с каким-то полудурком – да и в лес, по бурелому…»

Вдруг поезд основательно тряхнуло, и он стал останавливаться.

– Вот и всё, – сказал Кир, – приехали, мать твою, кажись.

– Куда приехали? – не понял я. – Ты что, выходить собрался?

– Погодь, может, скажут чего, – притормозил меня Кир.

Действительно, старенький динамик в стенке зашипел и сообщил: «Впереди, под мостом, газопровод прорвало, а по путям как раз цистерны с соляркой шли. В общем, солярка на земле горит, мост снесло, труба с газом пылает. Дальше ехать нельзя. Отгонят наш поезд к ближайшему полустанку – и стоять там неделю, не меньше.