Я нарисую тебя…

Я схватила мягкую ткань и подивилась тяжести самого платья, на него казалось, ушло метров десять бархата.

– Нет, не пойдет, – проговорила служанка и отобрала у меня эту красоту – Слишком богато, – пояснила она и я насупилась. «Что это слишком богато? Я и в таком могу!» Та будто прочла мои мысли, пояснила:

– На коня не залезете,

– На какого коня? – с подозрением спросила я.

– Граф сказал, что вы едете к суверену, а как по другому вы туда прибудете? – удивилась Адель, откладывая синее шелковое платье с серебряной вышивкой в сторону.

– Э-э, – возмутилась я – А это-то чем тебе не нравится? Цвет аквамариновый, мой любимый?

– Это не для поездки, для приема, для бала, – пояснила Адель и достала коричневое платье, без вышивки, протянула мне. Я со вздохом взяла платье из ее рук и с изумлением почувствовала теплую, мягкую ткань.

– Вот, это подойдет, – кивнула Адель – А теперь плащ и обувь.

Служанка открыла еще сундук и вытащила темно-зеленый плащ из мягкой кожи, отороченный и подшитый серым мехом внутри и по капюшону.

Затем достала пару высоких ботинок на шнуровке.

– А размер какой? – вертя обувь и ища цифры, спросила я.

– Какой размер? – удивилась служанка – Примерьте, если велики, вот шерстяные чулки и носки, – и она подала мне ужасно колючие вязанные комки. Я тяжко вздохнула и села на сундук, натягивая ботинок. Тот немного болтался на ноге. Сняла, натянула толстый чулок, что затягивался кожаным тонким ремешком чуть выше колена.

С чулком ботинок держался как влитой.

– Вы что ноги все так затягиваете? – проговорила я, чувствуя, как чулок сдавливает кожу.

– Да, – удивилась девушка – Иначе они сползут и будет холодно.

– Но это же вредно! – буркнула я, но махнула рукой. «Надо что-то придумать для них» подумала я, направляясь за Адель снова наверх, в комнату Лайона. Там служанка заставила меня надеть жесткий корсет, несколько нижних юбок и в конце зашнуровала платье, затянув мою талию так, что грудь полезла мне на нос, из казалось бы не глубокого декольте.

Вставив впереди тонкую деревянную дощечку, и заправив за шнуровку кружевную шаль, Адель оглядела меня со всех сторон и осталась довольна моим видом. Я же стояла и думала, что возможно у меня вылезли на лоб глаза, от давления корсета. С трудом Адель усадила меня на лавку у камина и начала расчесывать мои волосы, заплетая их в тугие косы и укладывая короной на голове.