Девять жизней ведьмы

Я даже толком не спросила, кем мой муж работает, откуда вообще взялся. Думала на Мальдивах спрошу: не вышло. Наш отдых не давал ни минуты покоя: утром секс, завтрак, плавание, катание на катере, не важно, что еще. Затем снова секс, обед в номер и вечером танцы до утра. Настоящий медовый месяц.

Потом вернулись в Москву и начали совместную жизнь, как у всех. Работа, дом, выходные с друзьями, причем только с моими. Витька сказал, что недавно вернулся в Москву, а друзья – коллеги не считаются. Работал он в офисе Росстата, как мне сказал, аналитиком.

Паспорт я посмотрела еще в загсе: прописка московская, женат не был. Мать и отец умерли, квартиру сдает, решили жить у меня. До сегодняшнего дня все было нормально и вот на тебе.

– Вечно указываешь мне, что делать, когда домой приду. Спрашиваешь, куда пойдем. Надоела до жути! – уже кричал муж, вдавливая педаль в пол. Я в ужасе смотрела на него и с трудом отвела взгляд на дорогу и все. Последнее, что помню лицо водителя фуры. Дальше полный туман, помню успела закричать, дернуться к мужу, но он оттолкнул меня, выворачивая руль не от фуры, а прямо ей в лоб.

Дальше все банально: какие-то обрывки, разговоры.

– Она в машине одна была?

– Да вроде одна

– Вы видели, кто виноват?

– Она конечно! Ехала по своей полосе и прямо перед носом фуры резко под нее влетела, как так, не понимаю!

– Ну что, Саныч, нашел документы?

– Да вот сумочка ее, отлетела почти к деревьям: Ракитина Виктория Николаевна, Москва, не замужем, тридцать лет, детей нет.

– А телефон?

– Не нашли пока, куда ее?

– В двадцатый морг везите, искать будем родных.

Вот и все, я смотрела на свою машину сверху и пыталась разглядеть тело, но это было невозможно. Машина наполовину была под фурой. Водитель фуры тоже лежал рядом с машиной, накрытый какой-то тряпкой. Так закончилась моя жизнь, а оказалось, только началась!

Глава 2. Англия 1548 год

– Лилиана, госпожа, откройте!

Я проснулась, неохотно открывая глаза. В дверь дома настойчиво стучали еще некоторое время, но затем все стихло.

На кровать запрыгнул Феликс, чтобы меня окончательно разбудить. Залез, поставил передние лапы на ногу и стал перебирать своими острыми когтями, застревая в шерстяном одеяле, урча на весь дом. Черная шерсть блестела в солнечных лучах, белые усы растопырены во все стороны.

– Вставай давай, я есть хочу – кот был как всегда на своей волне, кроме еды его редко, что интересовало.

Я лежала, пытаясь вспомнить заново, где я и кто.