Эльфийский яд

Словно это тот самый барьер, после которого я перестану быть просто коконом для будущего наследника. Конечно, помимо всего во мне проснулся инстинкт собственника и сопутствующая ревность то и дело подначивающая исправить сей факт.

Тем более Анника никуда не делась. И даже больше – она чувствовала себя здесь королевой и постоянно пыталась задеть меня. Однако благодаря моим молчаливым шпионам, которые гуляют по дворцу с наступлением сумерек, мне удалось узнать, что после нашего прибытия во дворец Эрик не спал с этим дьяволом в обличье ангела.

Несмотря на приворот, альфа оставался верен своим принципам. Потому он с тоской дал отпуск своей любовнице, но ровно до того момента, как я забеременею. После этого он в приватном разговоре заверил Аннику в том, что у них всё будет как прежде. Так что ликантропка бесилась, но старалась этого не показывать. По крайней мере, кому-то кроме её верной подруги.

Так что теперь моя тактика чуть изменится. Я буду продолжать выводить Эрика на эмоции, но при этом стараясь не вызвать реальный гнев, и дополнительно надо “завалить” его один на один.

Но есть одна проблема…. Чай, приготовленный мне мастером Эгилем, не работает. Точнее его эффект какой-то частичный – я не превратилась в мартовскую кошку, только и желающую размножаться, но я всё так же слишком теряю голову во время близости с мужьями. Может это и к лучшему, ведь тогда на альфу будет давить и моё желание.

Глава 3

Арон

***

Едва телепортация завершилась, в лицо ударил непривычно холодный воздух. Он тут же забрался за шиворот не самой подходящей одежды для этого края, отчего я поморщился. Казалось, что колючий ветер никогда не покидал узких улочек Фрэима, потому что даже дома здесь отличались от остальных на территории Туманных земель – они стояли сплочённо, их стены снаружи были выстроены только из камня, а узкие окна вообще представляли собой роскошь.

– Сколько времени это займет? – недовольно спросил Зигвард и я посмотрел на него. Старый волк был недоволен тем, что я не сразу сказал, куда меня нужно перенести, но ничего – переживёт.