Магия хаоса

Я и так двенадцать лет проучилась, и мне этого хватило, но тринадцать лет, мы так не договаривались с родителями, – сказала я.

Мила села на кровать и застыла.

Я лишь оставила ее и пошла к себе, ей нужно это переварить самой в одиночестве, как и мне.

В комнате я просидела часа четыре, все еще думая и обдумывая это все. И вдруг, внезапно вспомнила парня из клуба. А он красивый, у него такие темные волосы и, наверное, мягкие на ощупь, а глаза, в них можно утонуть, такие ярко серые. Так, стоп, о чем я думаю?! Он придурок и точка.

Я похлопала себя по щекам, чтобы не думать про всяких недалеких и решила позвонить подруге, про все рассказать. Она подняла практически сразу.

– Привет, Тиффани.

– Привет, Грэйс. У меня такие новости, – сказала она.

– У меня тоже. Давай сначала ты.

– Нет, давай ты, – сказала требовательно она.

– Ладно. Меня и мою сестру отправляют в школу для саморазвития. Типа саморазвиваться, расти на глазах и все такое.

Подруга на секунду затихла.

– Алло, ты тут? – спросила я.

– Да, прости. Просто, меня родители тоже туда отправляют. Сказали эту новость сегодня днем.

Теперь я замолчала.

– Ты, что, серьезно? – спросила я.

– Да, а ты?

– Тоже. Ну это к лучшему, зато нам не будет так стремно туда ехать, – сказала я.

– Я тоже рада, что и ты туда едешь, мы всегда вместе, хоть в огонь и в воду.

– Это правда. Ладно, пойду спать ложиться, а то рано вставать, – сказала я.

– Хорошо, давай, скоро встретимся.

– Ага, доброй ночи, – сказала я.

– Доброй ночи.

Положив трубку, я вспомнила, что нужно предупредить своего парня. Его зовут Генри, у него рубиновый цвет волос, он высокий, и глаза цвета песка. Он очень милый. Нужно с ним встретиться и попрощаться. Набрав его номер, я поднесла телефон к уху. Но номер сбросили. Может занят? Я решила приехать к нему лично и сделать сюрприз.

Перед его домом остановилось такси, я вышла из него и посмотрела на часы, было уже десять часов вечера. В окне спальни горел приглушенный свет.

– Генри, ты такой нежный, что мне даже напрягаться не нужно, – сказал знакомый голос.

– Тиффани, я нежный только с тобой, – сказал Генри и снова послышался вскрик и стон.