Музыка любви

Вы с мамой только за ними и приехали. Так ведь?

Она начинает краснеть от злости, но пока сдерживается.

– Я никого из себя не строю. Я просто не хочу ссор между ними из-за нас. Поэтому, пытаюсь, вести себя культурно и не собачиться с тобой на каждом углу в поле их зрения. Тем более я с тобой вообще не хочу ни куда ехать. Но твой отец не отстанет, пока ты меня не отвезешь.

Я нахмурился.

– Это не ему решать, кого мне куда отвозить.

– Как раз ему. Он владеет твоей группой, и я полностью под его опекой.

Молчание.

– Лучше бы ты сюда никогда не приезжала, – сказал я, встал и подошел к ней. Между нами оставалось меньше метра.

– Держи дистанцию, Владислав, – сказала она и вытянула руки вперед.

– Поверь, я никогда к тебе не притронусь. Ты для меня никто и ничто. Ты – пустое место. По крайней мере для меня, – сказал я и увидел в ее глазах появляется огонь злобы и… печали? – Жду в машине через пять минут. – и вышел.

Мы ехали в моем кабриолете молча.

Лана была все еще в том сарафане. Неужели отец ей и в правду купил гардероб одежды? Этого не может быть. Как он ее назвал? Ланочка? Отвратительное уменьшительно-ласкательное слово.

– Почему Вайб? – вдруг спрашивает она и смотрит на меня в упор.

– Да так этот псевдоним понравился одному человеку, – улыбнулся я и стал вспоминать.

Четыре года назад

Я сижу в гостиной вместе с мамой и выбираю себе псевдоним.

– Мам, ты мне поможешь? – спросил я с надеждой в голосе.

Мама отложила книгу и мне улыбнулась.

– Конечно, только в чем?

– Мне нужно выбрать себе псевдоним до завтра, это очень срочно. Поможешь?

Она только кивнула, и я ей передал листик с выбором псевдонимов, который мне дал продюсер. Он набросал парочку.

Она пробежалась глазами и улыбнулась.

– А что значит слово Вайб? – спросила она.

– Это значит атмосфера, энергетика, приятное чувство.

– Тебе оно подходит. Смотри, звучит же: Влад Вайб.

С ее уст это прозвучало прекрасно.

– Решено, беру его.

Наши дни

Машина остановилась около огромного из черного кирпича здания. Везде горел свет, хотя был полдень. Это здание мой второй дом. Я сюда приезжал уже как с шестнадцати лет и записывал свои песни. Все этажи дома были задействованы мной и моей съемочной командой.