Запах меда и жасмина

Стараясь не выдать своего волнения, она гордо вышла из-за кустов и увидела перед собой конюшего и садовника, яростно перекладывающих друг на друга почётную обязанность приглядывать за соколами. Она строго пожурила их за шум, а потом равнодушно поинтересовалась о предмете их спора. Ей понадобилось проявить всё свое самообладание, чтобы спокойно выслушать весть о том, что Сокольничий уже месяц как заболел, и болезнь его не поддается никакому известному способу лечения. Девушка, посочувствовав, любезно с ними распрощалась и вернулась к ученикам.

Она ничем не выдала своего смятения, спокойно окончила уроки, отпустила ребят чуть раньше и поспешила к своему другу.

Забыв о каких-либо приличиях, она вбежала в его дом. Запыхавшаяся, с растрёпанными волосами и дрожащая от волнения, она тем не менее напомнила двум лекарям и матери Сокольничего одну из прекрасных фей, которых лет сто уже никто не встречал.

Она смущённо поздоровалась, со стыдом подумав, что, во-первых, выглядит как взбесившийся зверёк и, во-вторых, может быть, её здесь никто не желает видеть.

Не успела она и рта открыть, чтобы извиниться и представиться, как лекари начали кланяться и сварливо просить удалиться. Жасмин пропустила их просьбу мимо ушей и еще раз спросила, чем она может помочь.

– Лучше всего будет, если Вы уйдете отсюда. Ничего нельзя сделать, а болезнь может быть заразна. – Ответили ей.

– Вы же не знаете этого наверняка. Я хочу увидеть Сокольничего. Может быть, он сам скажет мне, в чем нуждается.

– Навряд ли это доставит Вам удовольствие.

– А я не за удовольствием сюда пришла.

Войдя в комнату Сокольничего, она еле сдержала слёзы при виде своего друга. Злая судьба подшутила над ним. Он был покрыт отвратительной розовой коркой, кое-где на простынях были заметны маленькие пятна крови. Судя по стонам, даже прикосновение хлопковой ткани причиняло ему сильную боль.

– Здравствуй. – Жасмин подошла к нему и застенчиво улыбнулась.

– Здравствуй, Жасмин.

Как твои дела? – прошептал он, почти не разжимая губ. Девушка наклонилась к нему, чтобы лучше услышать и случайно дотронулась до руки.

– Ты весь горишь!

– Лучше уходи, Жасмин. Это может быть заразно. Да и не трогай меня… я ведь знаю, что…

– Ты просто приболел. Неужели ты думаешь, мне противно быть рядом с тобой и касаться тебя?

– Сейчас да…

– Глупый… – Жасмин ласково погладила его по щеке, словно не замечая коросты.