Улыбка бога

Родным на опознании предъявили вещи потерпевшего: рубашку, запаянную в целлофановый пакет – погибший забрал ее из стирки, куда отдавал накануне, и шелковый светлый шарф. И то и другое почти не пострадало. Рубашка лежала у тыльного стекла автомобиля, а шарф – на заднем сиденье. Поскольку генетическая экспертиза не проводилась, а у обгоревшего человека к тому же от удара было сильно повреждено лицо, вполне возможно, что при опознании произошла ошибка. Единственное, что определенно могут утверждать родственники: покойный был примерно того же роста.

Поэтому мне бы хотелось поговорить с инспектором, который выезжал на место аварии, как его имя, фамилия. В общем, мне нужно все, что только есть по этому делу.

– Та-а-ак, – задумчиво протянул Иванов, – два года назад, говоришь... Регистрационный номер, марка автомобиля и цвет?

– А я не сказал? «Хонда Аккорд», цвет Монте-Карло, госномер... – Лямзин посмотрел в блокнот, – Д756МАИ.

– Хорошо, вы пока подождите здесь, я сейчас приду.

 – Уже в дверях полковник обернулся и спросил: – Чай, кофе будете?

Лямзин вопросительно посмотрел на Александру.

– Кофе, если можно, – кивнула она.

– Мне тоже, – сказал Эдуард.

Иванов исчез за дверью, и вскоре в кабинете появилась секретарь с подносом, на котором стояли две дымящиеся чашки кофе и ваза с шоколадными конфетами.

– Тебе «Мишку на севере» или «Белочку»? – деловито спросил Лямзин.

– Мне «Каракум».

Александра протянула руку и взяла конфету.

Лямзин откинулся в кресле и принялся за ней наблюдать.

Мало того, что он с жадностью следил за каждым ее жестом, он настолько этим увлекся, что напрочь забыл о кофе.

Александра отправила конфету в рот, покосилась на Лямзина и, глотнув, ехидно сказала:

– У тебя сейчас такое выражение лица, будто тебе не терпится узнать, превращусь ли я после энного количества конфет в лягушку или нет.

Он засмеялся.

– Я просто соскучился. Очень сильно. Обещай мне...

Договорить он не успел: распахнулась дверь, и вошел полковник Иванов.

– Вам повезло, – с порога начал он, – на то ДТП выезжал инспектор Кравченко, он сейчас в отделе. Через пятнадцать минут будет здесь, и мы узнаем все, что он сможет по этому поводу рассказать.

У Александры вдруг, то ли от переизбытка эмоций, то ли от расслабляющего тепла, слегка закружилась голова. Она откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза.

Наблюдать из-за полузакрытых век за Лямзиным было забавно.