Прощание с первой красавицей

Я пожала плечами, отнюдь не чувствуя себя удовлетворенной таким объяснением, и села так, чтобы не видеть нахалку.

То, что у сотрудниц редакции по отношению ко мне произошли глобальные перемены, я поняла сразу, как только вернулась в редакцию. Теперь за моей спиной перешептывались и хихикали, а когда я оборачивалась, мило улыбались и приветливо кивали. Я не понимала, что за мышиная возня происходит вокруг, и, как человек, теряющий опору под ногами, злилась и пугалась.

Первым в списке «врагов», повинных в моем отчаянном положении, стоял, разумеется, Иван.

– Как дела? – спросил он, выскакивая навстречу и открывая мне дверцу автомобиля.

– Никак, – пожала я плечами, усаживаясь на переднее сиденье. – Начинаю жалеть, что поддалась на твои уговоры и перешла сюда.

– Ну, это ты перестань, тебе надо расти.

– Да, – вздохнула я, – зато мне было спокойно. И меня там любили!

– Поле перейти – не пасьянс «Косынка» сложить, – философски изрек Иван, закатывая глаза.

– Ради бога, только без упражнений в остроумии! – скривилась я.

– Хорошо, – на удивление покладисто согласился он, и я расслабилась, не уловив подвоха.

Но стоило мне закрыть глаза, как Ванька газанул и так рванул с места, что меня вдавило в кресло.

– Мама! – взвизгнула я и вцепилась пальцами в сиденье.

– Ага! – торжествующе вопил он, разгоняя машину. – Врешь, не пройдешь!

Так, взбадривая себя, он и пронесся на бешеной скорости по городу. А выехав на загородную трассу, полетел еще быстрее. Я от страха закрыла глаза и только судорожно молилась, обещая, если выживу, больше никогда не есть на ночь сладкого и не потворствовать другим своим греховным привычкам.

Когда автомобиль наконец снизил скорость, я разлепила глаза и дрожащим голосом спросила:

– И что это было?

– Стрессотерапия, – как ни в чем не бывало сказал Ванька, и мне захотелось треснуть его чем-нибудь тяжелым по макушке.

– Какая еще терапия?! – заорала я. – Я же просила тебя не гонять быстро! Ты же мне обещал!

– А что еще с тобой было делать? – засмеялся Иван, останавливая машину. – Ты же отказалась почтительно внимать моей смехотерапии.

Достойно ответить мне помешал владелец шашлычной Руслан.