Синие пески.

Собрав свои мысли в кучу я говорю ему:

– Я хочу предложить тебе сделку, – слова противным комом застревают в горле. – Ты берешь меня с собой, а я взамен помогу тебе найти дорогу в Каср аль Нариб.

И то что весь день витало на краю моего сознания, тихим шепотом говоря со мной подбадривая и утешая, вдруг обретает явственную форму. Тонкие полупрозрачные руки обхватывают меня сзади за шею, что-то прижимается всем телом ко мне так что тихий голос шелестит над ухом:

– Я покажу тебе…

– Я покажу тебе, – эхом повторяю слова за Эйве.

Глава 4.

Верховная жрица, недовольно щурит глаза, смотрит как эта наглая девица уходит следом за советником принца Юлмера. Нервно дергает плечом прокручивая в голове варианты наказания, которые ждут девчонку как только они вернутся в стены храма. Где главная – только она. Эта выскочка узнает свое место, а пока придется достать самую сладкую улыбку из своего арсенала и раскланиваться с вельможами.

Пока кто-то робко не трогает емонию за руку привлекая к себе внимание.

Одна из служанок Валиде Султан склонив голову в почтительном кивке, уведомляет о том, что приготовления для церемонии омовения готовы. Сложив руки в почтительном жесте, девочка раскланявшись удаляется прочь из залы.

Одаривая одного из послов теплой улыбкой, абла Наира спешно покидает залу и оказывается в коридоре тут же хватается за свою трубку. Достает мешочек, который ей намедни преподнесли в качестве дара и криво ухмыляется. Привычным жестом, вызывает на кончиках пальцев синий огонек.

Затягивается и выпускает перед собой тонкую струйку дыма. Приятная дрожь прокатывается по телу. Голова от маленького ритуала проясняется и мысли о том какие наказания ждут Наали уходят на второй план.

Служанка стоит рядом и ждет когда верховная жрица закончит с курением. Она смотрит прямо ничего не выражающим взглядом. Абла Наира про себя отмечает вышколенность прислуги Валиде Султан. Как жаль, что она не обладает таким же талантом, иначе бы все ее послушницы и пискнуть бы не смели перед верховной жрицей.

Жрица выбивает пепел из чаши в блюдце, на треугольном столике и кивнув прислуге, они отправляются в покои где будет проходить ритуал омовения.

Череда длинных коридоров и переходов, где по углам стоят угрюмые бостанджи которые опираются на древки копий. Они ленивым взглядом провожают женщин не чиня им препятствий.

Массивные двери с металлическими ручками в виде змей легко без скрипа поддаются толчку.