Что мы будем делать с Фрэнсис?

Да, он редактор, который ищет соплежуев, снующих по квартире с сигаретой туда-сюда, бредящих немыслимой славой писателя, гонорарами как у Паттерсона, смыслом как у Пинчона, а главное – женщинами! Женщинами с ростом дюймовочки, телом изящной керинейской лани и, безусловно, стильными нарядами фасона 60-х годов прошлого столетия… Ладно, тут я увлекся.

Но погодите… Ведь не каждый мечтатель-писатель – мужчина. Женщины тоже любят писать и помногу. Тонны неисчисляемых любовных романов ежегодно опадают семянками одуванчика на прилавки книжных магазинов, пытаясь хоть как-то подстегнуть подыхающую индустрию писанины.

Женщины пишут и крутые вещи: символьная эзотерика; приключения мальчика-мага; депрессивные романы о кончине бывшего капитана подводных и надводных странствий или сложные, ступенчатые выводы о происхождении рода человеческого; детективы, где дело распутывает одинокая, но никогда не унывающая тетенька с привычкой курить синий «Голуаз»[2 - Альтер-эго Агриппины Васильевой. ]…

Женщин склоняют писать и выражать свои мысли в текстовом формате с детства – недаром на полках детских магазинов в канцелярских отделах лежит множество пестрящих дневников с реально кликбейтными заголовками: «Расскажи мне, кто твой краш?», «Спрячь от мамы свои секреты!» и иже с ними. Когда же необходимость писать перерастает в работу, местами безалаберную, лишенную живых идей и источающую тонкий аромат гнильцы, здесь обладатели яиц чувствуют себя как эласмозавры, брошенные в пустой аквариум с толщами сношающейся сельди.

Работа Марка как раз заключается в поиске золотых жил во всем месиве гуглдоксов и doc-файлов (а иногда и txt). Как он это делает? С переменным успехом. В этом году, это пресная повесть Паркера Сэттера про супергероя со способностью быстро выращивать деревья, и детская книга миссис Доэрти «Господин Пектин». Ни одна ни другая больших денег ему не принесли, но поиски продолжаются.

Марк страдает холодильной слепотой; у него 43-ий размер ноги; могли бы быть черные, смоляные волосы, но получились темно-русые; достаточно высокий рост и мягкие толстые губы; у него нет татуировок, но есть родимое пятно в форме морского конька; его “утренний” голос сражал девчонок наповал, но со временем сменился кряканьем и кашлем от электронных сигарет.

Но эта глава не о нем.

Эта глава о том, как злится Джен, Клинок Микеллы. Фурия, разящая подлыми ударами клинка между лопаток.