ВАЛера

– Мало ли как жизнь обернётся. Сегодня ты хищник, а завтра жертва, – начинает нести старческую чепуху бабка, и я шумно вздыхаю, чтоб её перебить.

– Бабуль, если я вас обидел, свистните кому-нибудь из внуков. На месте порешаем. Досвидос. – Закончив разговор, я разворачиваюсь и иду навстречу своим товарищам.

Когда я наконец-то подхожу к ним, эти говнюки давятся смехом как ненормальные.

– Вот это страху навёл, Валерыч! Аж коленки дрожат! – заикаясь от ржача, произнёс Тарас. – Его боялась каждая бабка Муторая!

Я вытаскиваю одну руку из кармана, демонстрируя им ловко свистнутую из чужого кошелька тыщу рублей.

Тогда я мельком смотрю назад, но старухи там уже нет.

– Пошли, – радостно подскочив с лавочки, предлагает Стёпа. – Проставишься.

Мы все вместе двигаем в ближайший магаз.

Закупившись пивом, мы заодно берём пару пачек дешёвых сигарет.

Стёпа ненадолго пропадает, чтобы спровадить Олесю к соседке. У той как раз уже имелось три пиздюка, четвёртый погоды не сделает.

Спустя минут десять Стёпа возвращается и мы принимаем решение направиться в гаражи.

Над нашими головами стягиваются серые тучи. Не очень понятно, ещё день или уже вечер.

Дождь в наших краях льёт радиоактивный.

Стёпа говорит, что если провести под ним дольше тридцати минут, то на лбу выскочит огромный прыщ, который за месяц превратится в рог. Так было у его тёти за три дня до смерти.

– Здорово, – отсалютовав стянувшейся к гаражам дюжине пацанов, слово берёт Тарас.

Мы со Стёпой принимаемся молча жать руки всем подряд со звонким хлопком.

Нельзя сказать наверняка по лицам присутствующих, кому сколько лет. Все они выглядят молодыми стариками.

Когда ты начинаешь употреблять с двенадцати, к двадцати пяти от тебя ничего не остаётся – так говорила моя мать. Я разделяю её мнение и планирую бросить в двадцать четыре, но до тех пор у меня в запасе имеется ещё три года, чтобы как следует оттянуться перед скучным трезвым существованием.

Приземлившись на бордюр, я снова закуриваю. Меня в тот же миг, как стая коршунов, окружает компания из старшеклассников. Они по очереди стреляют у меня сигареты под разными предлогами.

Я расщедрился и отстегнул им четыре сигареты, но потом они начинают борзеть и мне приходится их послать.

– Слышь. – Я машу Тарасу, и тот прощается с каким-то типом, быстро настигнув меня. Он опускается на корты передо мной и вопросительно кивает.