Чучело

И тут Маша сама все испортила.

Они взобрались на довольно высокий пригорок, чтобы осмотреть окрестности. Где-то далеко внизу неслась быстрая река. Шум равномерно бегущих потоков воды даже успокаивал. Решили переночевать здесь. Девушке эта мысль показалась хорошей, ведь темный лес оказывался внизу у реки, а за редкими деревьями, что росли на пригорке, невидимому гостю спрятаться было бы невозможно.

Артем отправился поискать ветки для костра, а Маша готовилась устроить ему сюрприз и поставить палатку самостоятельно.

Вот он удивится, когда поймет, что она тоже способна на это!

Маша взялась за дело с особым энтузиазмом.

Девушка вытащила брезентовое полотнище из мешка и выложила трубки для каркаса. Для начала Маша решила вытряхнуть из полотнища мелкие веточки и прилипшую почву, а потому выпрямилась во весь рост, схватилась за концы полотнища и резко дернула его вверх.

Злобный ветер, казалось, только и ждал этого момента.

Маша пронзительно взвизгнула, пытаясь ухватиться за ускользающий «парус», но тягаться с ветром ей было не по силам. И вот уже она бессильно наблюдала, как полотнище кувыркается в воздухе, улетая все дальше, а потом падает в бурлящую реку.

Той ночью Маша долго не могла уснуть.

И дело было даже не в противном холоде, что не отпускал ее, и не в шорохе хлопающих крыльев не то птиц, не то других тварей.

Все дело в ней. Чувство стыда от собственной глупости давило так, что хотелось плакать. Достаточно вспомнить выражение лица Артема, когда она призналась ему. Это было изумление или неверие?

Та мысль, что из-за нее все пошло наперекосяк, выбивала из колеи.

Тень этого вопроса то и дело мелькала в глазах у Артема. И Маше казалось, что его внезапная молчаливость была свидетельством шока от совершенной ошибки, когда они решили связать свою жизнь.

Кажется он еще сказал потом: «ничего, всякое случается», но при этом выражение его лица говорило об обратном. Своим поступком она словно еще больше дала понять, что у них нет никакого шанса.

И хотя Маша извинялась, он пытался даже пошутить на эту тему. Теперь им придется спать на открытом воздухе в одних лишь спальных мешках, надев на себя все, что у них было.