Мы оседлаем бурю

Мона обречет нас на вечную тьму без права на новое рождение.

Я положил дрожащую руку на шею Дзиньзо.

– Нет, мы…

Кишава шагнула вперед.

– Я буду за вас сражаться.

– Я тоже, – раздался еще один голос.

– И я.

За ними последовали и другие, голоса слились в хор и замерли, только когда все откликнулись на призыв.

– Так что же, капитан варваров? – перевел юный левантиец.

Кишава, стоящая всего в нескольких шагах от еще теплого трупа своей лошади, хмуро уставилась на меня. Она выкрутила мне руки.

– Мы будем за вас сражаться, – сказал я, и каждое слово застревало в горле, как шипы.

Коммандер Брутус улыбнулся.

– Хорошо, – перевел юный левантиец. – Вы не так умны, как другие варвары, с которыми мы встречались, но и так сгодится. Бросьте оружие. Нам не нужны… происшествия.

– Мы бы предпочли сохранить оружие, – возразил я. – Мы же вам присягнули, тронув вас, мы поступили бы не по чести.

Услышав перевод, он лишь отмахнулся.

– Да-да, потому что, если клинок обнажен, он должен напиться крови и все такое.

И хотя я слышал эти слова из уст мальчишки, коммандер говорил таким скучающим тоном, что я чуть не швырнул в него меч, чтобы утихомирить бурлящий в душе гнев. Но он был слишком далеко и в хороших доспехах. Все без толку, только зазря распаляться. Может, именно поэтому Гидеон так и не вернулся?

Подумать только – неужели Первых Клинков рода Торин принудили сражаться за этих людей, и Гидеону э’Торину, лучшему воину и охотнику гурта, пришлось склонить голову или умереть.

Я не мог посмотреть на Кишаву, боясь, что меня полностью поглотит ярость. С пылающими от стыда щеками, под внимательными взглядами богов и смертных я бросил саблю на пыльную землю.

– Бросайте оружие, – приказал я, бросив вторую.

– Мудрое решение, – сказал коммандер под звон падающих на землю клинков, похожий на вечерний хор. – Окружите их.

Глава 6

Кассандра

Джонус ухнул, вытаскивая дорожный баул из кареты, и тут же приглушенно взвыл, когда тот плюхнулся ему на ногу.

– В часовом механизме важно даже самое мелкое колесико, – пробормотала я, наблюдая за ним через верхнее окно таверны, где я мыла стол перед трапезой лорда Ториуса.