Dragon Age. Маска призрака

Этот был совсем молод – из рядовых членов ордена, и лицо его блестело от обильного пота, – стало быть, он добирался сюда в немалой спешке. Разглядев Евангелину, он явно испытал великое облегчение и через толпу гостей бегом устремился к ней.

– Сер Евангелина! Хвала Создателю, я тебя нашел!

И тут же осекся, запоздало сообразив, что помешал чужому разговору.

Лелиана беспечно рассмеялась, не выказав ни малейшего неудовольствия.

– Нет нужды беспокоиться, добрый сер, хотя… надеюсь, у тебя имелась веская причина явиться сюда при оружии.

Юный храмовник кинул взгляд на свой клинок, покоившийся в ножнах, и залился краской:

– Я… прошу прощения, мне как-то в голову не пришло…

– Ты искал меня, – напомнила Евангелина. – Зачем?

– Я… Ах да! – радостно воскликнул он и, выудив из-под туники пергаментный свиток, вручил его Евангелине. – Меня прислал рыцарь-командор. В Белом Шпиле произошло новое убийство.

– Опять?

Холодок пробежал по спине Евангелины, когда она развернула пергамент. Ей приказывали вернуться в башню сразу после того, как Верховная Жрица покинет бал. В послании говорилось также, что Лорд-Искатель проявил личный интерес к последнему убийству. Между строк ясно читалось, что рыцарь-командор считает это обстоятельство весьма неблагоприятным.

– Передай, что я вернусь, как только смогу.

Юный храмовник кивнул, однако вместо того, чтобы сразу удалиться, замешкался.

– Прошу прощения, мадам, но, похоже, у меня есть послание и для вас.

– Вот как? От храмовников?

– Нет. Там, снаружи, я наткнулся на одного слугу. Он сказал, что ищет рыжеволосую священницу, которая состоит при Верховной Жрице. Говорил, что с вами хочет повидаться старый друг.

– Старый друг? – озадаченно переспросила Лелиана. – А слуга не сказал, кто это такой?

– Нет, мадам.

– О да, говорит.

Она повернулась к Евангелине и учтиво наклонила голову:

– Похоже, сер рыцарь, нам придется отложить разговор до более благоприятного времени. А пока что – да хранит тебя Создатель.

– И тебя тоже.

Евангелина смотрела вслед рыжеволосой женщине, которая покидала зал вместе с юным храмовником, и чувствовала, как любопытство разгорается в ней все сильнее.