Волк среди теней

Шэнноу проснулся… Его похоронили заживо! Он пронзительно вскрикнул, и слева от него отдернулась занавеска. Комната по ту ее сторону была освещена. На постель рядом с ним осторожно присел старик.

– Ничего не опасайтесь! Вы – в Землянке Лихорадок. Все будет хорошо. Когда поправитесь, то сможете уехать, когда пожелаете.

Шэнноу попытался сесть, но голова болела невыносимо. Он поднес ладонь ко лбу, опасаясь, что она упрется в рога, однако нащупал только холщовую повязку и обвел взглядом тесное помещение. Ничего, кроме постели и огня, разведенного под белыми камнями очага.

– У вас была лихорадка, – сказал незнакомец. – Я ее вылечил.

Шэнноу лег поудобнее и тотчас заснул.

Когда он проснулся, старик все так же сидел возле него. Одет он был в куртку из овчины без всяких украшений и штаны из кожи, мягкой, точно ткань. Совершенно лысая макушка, но волосы ниже были густыми, волнистыми и почти достигали плеч. Лицо, решил Шэнноу, доброе, а зубы на редкость белые и ровные.

– Кто вы? – спросил Шэнноу.

– Я уже давно не пользуюсь своим именем, а здесь меня зовут Каритас.

– Я Шэнноу. Что со мной?

– Полагаю, у вас треснул череп, мистер Шэнноу. Вам было очень плохо. Мы все боялись за вас.

– Все?

– Вас сюда привез юный Села. Вы спасли ему жизнь в восточном лесу.

– А второй мальчик?

– Он не вернулся, мистер Шэнноу. Боюсь, его снова схватили.

– Мои пистолеты и седельные сумки?

– В целости и сохранности. Интересные пистолеты, если мне позволено так сказать.

– Это лучшие пистолеты в мире, мистер Каритас.

– Просто Каритас, и да, полагаю, вы правы – ведь пока еще никто не открыл Смит и Вессон сорок четвертого калибра в русском варианте, и уж тем более «люгер» тысяча восемьсот девяносто восьмого года. Сам я всегда высоко ставил «браунинг». Как вы себя чувствуете?

– Не очень, – признался Шэнноу.

– Вы чуть не умерли, друг мой. Лихорадка была очень сильной, не говоря уж о тяжелом сотрясении мозга. Не понимаю, как вам после такого удара удалось сохранить сознание, хотя бы на короткий срок.

– Я не помню, как меня ударили.

– Вполне естественно. За вашей лошадью ухаживают со всем старанием. Наши мальчики впервые увидели лошадь, и тем не менее Села привез вас сюда, проскакав всю дорогу, словно кентавр. Невольно начинаешь верить в генетическую память.