Электрическое королевство

Затем в самом низу листа – собаку. Начал с головы: морда задрана к луне, уши торчком. Потом тело: сперва – контур, затем черная шерсть. Закончив собаку, он обратился к пустому месту посреди листа – где должен был расположиться огромный ключ.

Он был похож на тот, что его мать – его Дакота – носила на шее. Впрочем, кто знает, может, это он и был.

Вчера Кит запоздало сообразил, что если к серой краске подмешать немного блесток, то ключ получится мерцающим. Догадку он проверил сегодня, а когда все получилось, то испытал восторг: в небе сгустком космической пыли мерцал ключ.

Сегодня Кит максимально точно передал видение из своей головы, что бы оно ни значило.

Отойдя на шаг, он присмотрелся к картине. Собака, луна и мерцающий ключ.

– Ну ладно, – произнес Кит, подумав, не тот ли самый сегодня день.

Возможно, стоит остановиться. Возможно, он закончил. Три образа прекрасно дополняли друг друга, не осталось пустого места, которое хотелось бы заполнить.

И все же…

Кит подошел к планшету и, позволив кисти вести руку, изобразил в небе у луны, на месте звезд, старинный компьютер.

Большой и угловатый. Потом клавиатуру с проводом. Мышку. Совсем как ту, что он нашел в дальнем углу подсобки. Бежевая и безобразная, она болталась в небе, как будто там ей было самое место.

На этот раз, когда Кит отошел полюбоваться работой, она не просто выглядела завершенной. Чувствовалось, что она готова.

Странно, как получается создавать то, чего не понимаешь. Но, может, это и делает искусство великим: кому какое дело, откуда приходят образы? Главное, что воплощаешь их ты.

Разнообразные варианты этой же картины покрывали стены и потолок кабинета: Кит, лишившись свободного места, вешал один поверх другого. Сегодняшний он подписал, добавив сбоку название: «Космопес и компьютер» #611.

Сняв фартук, Кит отправился в библиотеку.

Некогда школа Уильяма Тафта называлась «начальной», и в былые времена ее коридоры и классы полнились детьми, а потому в библиотеке хранились главным образом детские книги.

Киту было двенадцать, и это, по словам Монти, значило, что скоро он больше времени станет проводить в библиотеке для старших, что дальше по улице.

Поймите правильно: не то чтобы Киту не нравилась библиотека для старших. Дело было в предположении, будто в ней мудрости хранится больше, чем в детской.

Киту хватило всего нескольких визитов в библиотеку для старших, чтобы развенчать этот миф. (Он знал, что «развенчать» означает «снять венец».