Украду твое сердце

– Ну? Сама расскажешь, или мне приложить силы? Не думай, что я не узнаю, врешь ты или нет?

Клиентка, которая все это попросила, рассказала все необходимое. Если и правда все было так жестко и серьезно, мы брались за это дело.

И на данный момент, я так считал. Какой она имела право, вот так вот поступать и отнимать жизнь, у невинного человека? Просто ради спора? Жестоко и за этот свой поступок, конечно же она поплатиться.

– Бекка была моей лучшей подругой. Мы с ней дружили давно, но не всегда между нами было все гладко – всхлипнув, она продолжила – Впрочем, как и у всех подруг.

– Почему ты с ними дружила? – я знал ответ, но ожидал это от нее.

– Ну, просто. Я посчитала, что они честные и…

– И сейчас скажешь правду. Давай, не будем усложнять друг другу дела. Обычная правда – пока я был спокоен. Но если и дальше так будет, то не думаю, что я смогу оставаться в таком положении.

– Я дружила, из-за их состояния… – вот именно.

Выдохнув, я откинулся на спинку стула. Если бы хотела, то не стала бы соглашаться. Я же ей ясно сказал. НЕ ВРАТЬ.

Схватив ее за волосы, потянул к себе. Не поняла по-хорошему, ладно.

– Я сказал, не врать мне – шепотом проговорил отчетливо – ты кажется не понимаешь, что я могу с тобой сделать. Думаю, и знать не стоит. Давай, повторять не стану больше.

Тихо заплакав, она кивнула и продолжила. Слезы скатывались по ее щекам, и глаза опухли.

– Я правда не хотела такого исхода. Я не хотела… Мне сказали, что это просто безобидная шутка над Беккой. Я поступила так, просто потому что завидовала ей. Сильно завидовала. У нее был самый заботливый парень, она всегда была лучше меня. На шаг впереди, и мне захотелось просто, как-то ее унизить. Но я даже не могла себе представить, чем это может обернуться – она стала еще больше плакать.

Я прекрасно понимал тех, кто плакал, так как сделал это неосознанно. И тогда, можно было жалеть их. Но я более чем был уверен, что эта сука, сделала зная и осознавая, все, что она совершает. И доказательством служили ее слова. Слезы были настоящими. Да она жалела. Но не подругу. Вовсе не ее. А себя. Она боялась именно за себя.