Наш собственный конец света

Анестезиолог отдавала команды медсестре, и она быстро набирала в шприцы указанные лекарства и вводила их по катетеру в подключичную вену. Уже были налажены датчики мониторинга кровяного давления, пульса и кислорода в крови.

Давление было низким – 60 на 40.

В ход пошли сильнодействующие препараты: атропин, кордиамин и бог знает, что еще.

– Что же мне это не нравиться? – говорила анестезиолог. – Лена, нужны электроды и провода. Где они лежат?

По каким-то немыслимым законам, очень долго искали разрозненные по всему отделению провода и электроды.

Нашли. Тут же наклеили электроды на четыре основные точки на груди малыша и подсоединили провода. Пошел мониторинг сердечных импульсов, но линия была уже практически прямой.

Анестезиолог начала делать тремя пальцами (чтобы не поломать ребра) искусственный массаж сердца. Линия на мониторе начала дергаться и пошла зубчиками, число сердечных сокращений стало 100.

– Ноль-два миллилитра адреналина и атропина, – скомандовала врач.

Когда медсестра заменила ее, она побежала к шкафчику с сорванной дверцей и вытащила оттуда чемодан. Подбежала с ним к кровати, открыла, достала провод, что-то выдернула из розетки и подключила вилку дифибрилятора.

– Господи, какие же они большие, – проговорила она, глядя на два круглых «утюжка» в своих руках. Раздался писк о накопившемся заряде. – Отключите монитор.

Лена нажала на кнопку, пропала снова выпрямившаяся линия, и погас экран.

– Отойдите все! – скомандовала доктор и приставила электроды к груди ребенка. Последовал разряд.

Я впервые видел проводимую реанимацию дифибрилятором, и поэтому ждал, что, как и в фильмах, тело ребенка подскочит на кровати. Но этого не произошло. Если он и дернулся, то это было почти незаметно.

Анестезиолог снова начала ритмично надавливать на грудную клетку малыша. Включили монитор. Линия ничуть не менялась.

– Черт! Еще по ноль-два адреналина и атропина.

Лена набрала лекарства, развела физраствором и ввела в подключичную вену.

– Понажимай, пожалуйста, на грудную клетку, – сказала ей доктор, заряжая дифибрилятор, – Можно чаще, не бойся, – проговорила она, глядя на медсестру. – Так, выключай монитор. И все отходите!

Еще один разряд. И снова та же линия.

– Я опоздала, – выдавила врач. – Если бы я начала пораньше. Лена, еще адреналин. Кто-нибудь, делайте ему массаж.

Рядом стоял я.