Фермер

– Да не говори, дядя Вася! – махнул головой ещё раз Вениамин.

– Что говорить, вся Европа работала на Гитлера, помогая в войне против нас. Теперь боятся возмездия, так и бегут к американцам, стараясь сдаться не нам. – продолжал дядя Вася, подкручивая непослушную баранку к центральному входу в огромный по площади концлагерь.

Вслед цепью встали грузовики, из которых дружно по команде выгружались в полной экипировке проверенные в боях солдаты майора Колесникова.

Вениамин в новой гимнастёрке со звездой Героя на груди оттянул полы кителя, щёлкнул сапогами и, погладив усы, оглядел строй своих бойцов.

Эти смелые гренадеры, возраста от двадцати до шестидесяти лет, с уважением глядели на своего командира в ожидании приказа. Уверенные в себе, они с нескрываемым удивлением открыли рты, не понимая вообще, для чего они здесь. Но и он не очень -то понимал, что от него требуется. На фронте ясно, где враг и что делать, а здесь оставалось действовать по обстоятельствам.

В воздухе стоял скрежет железных засовов, болтаемых ветром из стороны в сторону, и приглушённый вой сирены противовоздушной обороны, разносившийся далеко по местности.

– Почему сирену включают? – спросил майор, направившись к входу. – Вроде авиа -налётов не предвидится, фронт далеко ушёл.

– Заклинило, наверное! – прохрипел дядя Вася, затянув ремень на выгоревшей гимнастёрке и поправив пилотку. Вой сирены под аккомпанемент летящих с неба мелкого, пушистого как снег пепла, падающего с огромных, упирающихся в небо чёрных труб, добавлял тревогу в души видавших виды солдат и офицеров.

– Старший лейтенант Омельченко! – выдохнул прокопчённый дымом дизеля, лет тридцати, невысокого роста, шустрый парень. Страх явно овладел им по полной. Его подчинённые своим видом словно вторили командиру, будто понимая что-то ведомое только им. Быстро и несвязно что-то пролепетав, не доходя до ворот, посчитав, что контроль над лагерем передан пехотинцам, танкисты во мгновение запрыгнули в свои железные машины, рванули на всех мощностях в сторону столицы долго не просуществовавшего третьего Рейха.

– Так поспешно удалились!Убежали что чёрт от ладана! – отметил дядя Вася, поведя в стороны своими белыми усами. В свои лет шестьдесят он был седой до яркой белизны, почти как дед мороз в сказках, только без бороды. – Какие-то они бледные и испуганные, -добавил он.