Первая заповедь Империи

Токсин-активатор вступил в активную реакцию с внешне безобидным веществом, которым перед аудиенцией у Императора посла с лихвой накачал личный атташе, и, по совместительству, сотрудник Центра Разведывательных Операций АДСП Сэм Бэррел, если, конечно, это было его настоящее имя. Тело резко раздулось, вспучилось, из глаз и ушей брызнула кровь.

Военные псионики попытались прикрыть своими телами монарха – времени на создание альфа-щитов у них просто не было. Тишину Зимнего дворца сотряс мощный взрыв биобомбы, в которую за считаные мгновения превратился когда-то удачливый и подающий надежды паренек с маленькой и очень тёплой, зелёной планеты Аризона – Рональд Хьюгард.

Глава 3

2598 год AD. Суббота, 25 мая по г. к. ч. Нуль-пространство Российской Звёздной Империи. Борт частной яхты шестого класса

Я проснулся от лёгкой вибрации и заунывного гудения, которые волнами проносились по яхте. Моей яхте! Моему собственному, самому что ни на есть настоящему космическому кораблю шестого класса.

Это был подарок от самого Императора Всероссийского простому младшему лейтенанту, ставшему в одночасье одним из самых богатых людей Российской Империи, скажем так, за неоценимый вклад в бюджет нашей страны. Подарок спешный и жизненно необходимый, вкупе с новым именем, фамилией, дворянским званием и шестёркой комиссаров ИСБ – военных псиоников.

Имперская Служба Безопасности не зря ела свой хлеб. Стоило только завертеться всей этой истории с внезапно свалившимся на меня богатством, честно экспроприированным у американского сенатора, а моему имени попасть в прессу, как шестерёнки государственного механизма перемололи младшего лейтенанта Звёздной Гвардии Дениса Александровича Максимова.

Младлей, как оказалось, уже более года находится в дальнем поиске, в составе экипажа исследовательского судна «Рюрик», направленного Адмиралтейством в соседний рукав Млечного Пути. А я – Максим Денисович Александров, Князь и незаконнорождённый сын какого-то там родственника самого Императора, знатно погулявшего однажды на моей родной планете Ферзь-Три, в системе Бета Орла.

Легенду мне придумали знатную и довольно складную. Я действительно рос в приюте, среди таких же, как и я, «детей Канкальского конфликта», и кто были мои настоящие родители – не знал. Фамилию Максимов наряду с многочисленными Ивановыми, Петровыми и Сидоровыми я получил с лёгкой руки не отягощённой фантазией работницы паспортного стола.