Мерзость

 – Полагаю, мистер Демас думал, что у меня наилучшие шансы уберечь нас всех от расщелины, даже в темноте. Когда мы обнаружили, что большая часть предупреждающих знаков исчезла, нам пришлось вернуться, но мы сразу же предприняли новую попытку, даже несмотря на ухудшение погоды.

– И все же это выглядит так, будто адмирал Бэрд вас наказывал, – сказал я, ощущая во рту свежий аромат яблока. – Отправил на семь месяцев в одиночное заключение.

Джейк Перри пожал плечами.

– «Спасение» – он очень не любил, когда кто-то употреблял это слово, – раздражало адмирала.

С доктором Поултером и мистером Уэйтом он ничего сделать не мог, поскольку в экспедиции они были важными шишками, но Демасу поручил такую работу, чтобы редко его видеть. А меня он посылал в летние экспедиции, а затем отправил на мыс Ройдс на всю антарктическую зиму. В конечном итоге адмирал Бэрд даже не упомянул меня в отчете о своем… спасении. Моей фамилии нет в большинстве книг об Антарктике.

Я был поражен низостью и мелочностью адмирала Бэрда.

– Отправить вас одного на всю зиму на мыс Ройдс – это равносильно одиночному заключению. – Голос выдавал мой гнев. – И без радио… Адмирал Бэрд спятил после трех месяцев одиночества – а у него была ежедневная радиосвязь с «Маленькой Америкой».

– Без радио, – ухмыльнулся мистер Перри.

Я пытался это понять, но не мог.

– Была ли какая-то цель – или причина, – чтобы вы провели семь месяцев в изоляции и пять в полной темноте в хижине Шеклтона на мысе Ройдс?

Мистер Перри покачал головой, но ни в его лице, ни в голосе не отразилось гнева или обиды.

– Как я уже говорил, меня взяли в экспедицию, чтобы лазать по горам. После того как мы спасли Бэрда – нам пришлось делить с ним маленькую подземную пещеру, которая служила ему передовой базой, с восьмого августа, дня нашего прибытия, до двенадцатого октября, когда Бэрд и доктор Поултер улетели на «Пилигриме», – я наконец отправился в летние экспедиции, где мой опыт альпиниста пригодился ученым.

– «Пилигрим» – это самолет? – спросил я.

Мистер Перри имел полное право сказать: «А что еще это могло быть, если они на нем улетели? Громадный альбатрос?» – но старик лишь вежливо кивнул.

– В начале экспедиции у них было три самолета – большой «фоккер»… – Он умолк и улыбнулся. – То есть «фоккер», мистер Симмонс. Ф-о-к… – произнес он по буквам.

– Понял. – Я улыбнулся. – Зовите меня Дэном.

– Если вы будете звать меня Джейком.