Квантовый волшебник

 – Но до сегодняшнего дня я не понимал, когда начнется твоя миссия и какова в ней будет моя роль.

Святой Матфей будто затаил дыхание, сидя на краю скамейки, хотя на самом деле это была всего лишь голограмма написанной художником человеческой головы.

– И что же ты узрел?

– Работа, за которую я взялся, вряд ли случайно связана с тем, что мне придется работать с преступниками, которые…

– Мисс Фока в их числе? – перебил его Святой Матфей.

– Среди прочих.

– Она мне не нравится.

– Твой Спаситель омывал ноги прокаженным, – сказал Белизариус.

– Она грозила, что заставит меня создавать эмуляции голографического секса для бандитов.

– Ты знал, что она всего лишь тебя подкалывает.

– Она пыталась взломать мой канал связи и загрузить мне порнографию с Куклами.

– Святой Матфей! – сказал Белизариус, отмахиваясь. – Ты потерял нить нашего теологического спора! Некоторые из людей, которых я собираю, возможно, обречены встретиться с тобой. Не может быть совпадением, что работа, в которой понадобятся преступники, Homo quantus, Племя Дворняг, Куклы и люди, многие годы пребывавшие в пустыне, требует и тебя.

Выкрашенные густыми мазками брови Святого Матфея сошлись, а пухлые губы крепко сжались.

– После нее ничто не останется прежним, – сказал Белизариус. – Мне нужно всего несколько небольших чудес, а твоя роль станет судьбоносной.

– В твоих планах всегда есть что-нибудь преступное.

– Что за лицемерие! – ответил Белизариус.

– Что?

– Ничья ты не реинкарнация.

– Я святой Матфей!

– Стал бы настоящий святой Матфей сидеть в безопасности в пустой церкви или пошел бы в люди, неся миру благую весть? Прокаженным. Мытарям. Блудницам. Я даю тебе шанс узреть Кукол лицом к… лицу. Племя Дворняг. Что ты сможешь сказать им, представься тебе такой шанс? Они страдают. В любом случае ты познаешь мир, увидишь, чем живут в нем нынешние люди.

– Я должен поразмыслить над этим.

– Сколько угодно, – ответил Белизариус, но не стронулся с места. С точки зрения чистой вычислительной мощности Святой Матфей был даже быстрее, чем он сам.

– Мне нужен знак искренней веры с вашей стороны.

– Что? – переспросил Белизариус.

– Я хочу, чтобы ты крестился.

– Разве это сделает меня первым крещеным человеческим существом?

– Если не считать некоторых религиозных фанатиков, первым почти за три столетия.