Семь дней

Прижавшись спиной к стене, сжимая в руке пистолет, подполковник присел на корточки. Он не сводил взгляда с двери. Ему хотелось крикнуть тем, кто внутри, выяснить, что происходит. По лбу потекла теплая струйка крови. Вдруг что-то ударило его в лодыжку, да так сильно, что он завалился на левый бок.

Опустив голову, он с изумлением увидел, что синяя форменная брючина превратилась в лохмотья. Сквозь них сочилась кровь и медленно растекалась лужей на полу.

Подполковник посмотрел на парковку напротив. Там никого не было.

Он оглядел улицу. Никого!

Только тогда он ощутил невероятную боль.

11

Держа перед собой раскрытую папку, Мбали постучала пальцем по письмам и сказала:

– Не понимаю я его. Может, я что-то упускаю, может, недостаток образования?

– Нет. – Гриссел покачал головой. – Я тоже его не понимаю. Вчера ночью я думал, что он… хочет закосить под психа. В общем, если не слишком внимательно читать его послания, в самом деле кажется, что у него не все дома. Но психи, как правило, ограничиваются одними угрозами, наш же стрелок в самом деле ранит людей… С таким я еще не сталкивался.

Вот, взгляните на письмо от 6 февраля. «У вас три недели на то, чтобы арестовать убийцу Ханнеке Слут». Значит, он все спланировал заранее. Подготовился. Он не псих. Или… если псих, то не совсем обычный.

Мбали кивнула в знак согласия и спросила:

– По-вашему, он знал Слут лично?

Интересный вопрос, над ним Бенни тоже ломал голову вчера ночью. Он медленно покачал головой:

– Не знаю.

Возможно. С другой стороны, если бы он был близко знаком с ней, то наверняка понимал, что рано или поздно сам факт знакомства наведет нас на его след. Так что… сомневаюсь.

– Конечно, если он не псих.

– Да.

– Никаких подозреваемых. – Мбали не спрашивала, она утверждала.

– Да.

– Никаких коммунистов?

– Мне кажется, он вряд ли имеет в виду настоящего коммуниста. Это… – Гриссел замялся, вспоминая подходящее слово.

– Метафора?

Он не совсем понял, что имела в виду Мбали.

Она это заметила.

– Он как будто говорит иносказаниями или преувеличивает. А если под «коммунистами» он имеет в виду чернокожих?

– Что-то вроде того. Может быть, ему не хочется, чтобы его сочли расистом.

– Зато против того, чтобы его считали помешанным на религии, он как будто не возражает.

– Да.

– Итак, есть у нас чернокожие подозреваемые?

– Есть только один цветной. Смотритель…

Мбали захлопнула лежащую перед ней папку, сунула к себе в сумку.